История великой мистификации

Дописывание биографий исторических деятелей. Создание архивных документов. Изготовление старинных портретов своими руками. Думаете, в современной науке всё это невозможно и разоблачается на раз-два? Ничего подобного. О многолетней мистификации историка Александра Горшмана — в материале WARHEAD.SU.

В советское время изучение военной формы, полковых отличий, орденов, знамён и прочей военной атрибутики не особо поощрялось. Книги об этой важной части военной истории не выходили, а редкие специалисты были вынуждены писать в стол. Поэтому к 50-м — 60-м годам сложилась удивительная ситуация: в России не осталось специалистов, которые могли бы по мундиру и наградам определить, кто изображён на «портрете неизвестного», или разобраться в тонкостях «выпушек, погончиков, петличек» — говоря словами Грибоедова. Старые специалисты, учившиеся этой науке ещё до революции, умерли, а новых подготовить не смогли.

Известный специалист по военной атрибутике

В этих условиях с 70-х годов взошла звезда Александра Горшмана — историка-энтузиаста, который, не имея профессионального образования, самостоятельно освоил огромный объём сведений о военной форме и другой милитарии. Постепенно он стал виднейшим консультантом музеев, помогая определять, кто же изображён на старинных портретах, а затем стал участвовать в подготовке разнообразных справочников. В общем, превратился в заметную и влиятельную фигуру.

И тут добросовестный исследователь решил сыграть в очень своеобразную игру. Обнаружив, что кроме него в стране есть, может быть, всего пара человек, способных оспорить его выводы, Горшман решил превратить силу научного авторитета в средство для розыгрыша как научного сообщества, так и доверчивой публики.

Великий мистификатор

Жил в России начала XIX века Александр Сулакадзев. Человек неуёмной творческой энергии — занимался историей, увлекался коллекционированием предметов старины, писал пьесы, служил в гвардии. Но вершин не достиг и карьеры не сделал. Однако прославился на века не этим, а созданием множества исторических фальсификаций.

Для этого он опирался на всю тогдашнюю мощь науки. Открыто «Слово о полку Игореве»? Сулакадзев «находит» древнюю рукопись «Боянова песнь Словену». Французы и англичане проводят опыты в воздухоплавании? Сулакадзев тут же «обнаруживает» подьячего Крякутного, полетевшего на воздушном шаре ещё в 1731 году. Появляется интерес к личности Ивана Грозного — Сулакадзев тут же выставляет публике «подлинный посох царя Иоанна».

Самое интересное, что Сулакадзев был человеком обеспеченным, в деньгах совершенно не нуждался.

Свои подделки он не продавал, а скорее искал славы и хотел обогатить русскую историю множеством интересных находок из прошлого.

Что-то очень похожее в ХХ веке мы встретим у Горшмана. Ведь его знания оказались уникальны. Скажи «было так» — и все поверят.

А это значит — можно ощутить себя настоящим творцом истории. Создавать биографии, раздавать награды, изменять архивные документы. В общем, творить! Свободно, как Сулакадзев… И если бы не дотошность современных историков, великая мистификация, быть может, так и осталась бы неразоблачённой. Однако в 2019 году вышла книга «500 неизвестных» известного военного историка Александра Кибовского с подробным рассказом о проведённых им исследованиях и поразительных «шалостях» с документами и произведениями искусства, которыми на протяжении тридцати лет развлекался Горшман, водя вокруг пальца всю научную общественность сначала СССР, а затем России.

Игры с Чаадаевыми

Всё началось с того, что в 1983 году Горшман придумал философу Петру Чаадаеву двоюродного брата, тоже Петра, якобы служившего в Ахтырском гусарском полку. Статья сопровождалась ссылками на архивные документы, в которых, разумеется, не было никакой информации о мифическом кузене.

Пётр Чаадаев

Но проверять ссылки прославленного историка никто не стал, так что «братец Пётр» вошёл в научный оборот. При этом ни автор мистификации, ни другие историки не обратили внимание на то, что «отец» выдуманного Петра Чаадаева, Иван Чаадаев, умер за три года до рождения своего несуществующего «сына».

Изобретением кузена Горшман не ограничился. Он придумал самому Петру Яковлевичу Чаадаеву на редкость богатую военную биографию. Выяснилось, что философ был произведён в подпоручики за Кульмское сражение, награждён Анненским оружием за Лейпциг, потом стал ахтырским гусаром и отличился геройствами в боях во Франции.

В итоге эта феерия фантазии была канонизирована в биографии Чаадаева, вышедшей в серии ЖЗЛ и с тех пор гуляет по множеству изданий — как научных, так и популярных. «Википедия» не даст соврать.

В действительности за Кульмский бой был награждён брат Чаадаева — Михаил, а под Лейпцигом лейб-гвардии Семёновский полк, где служил Чаадаев, стоял в резерве. Ну а в Ахтырский полк молодого офицера зачислили только после взятия Парижа. Так что ни в одной стремительной гусарской атаке будущему философу принять участие не довелось.

Поддельный портрет

Поняв, что остаётся непойманным, великий мистификатор решил действовать смелее и перешёл к работе с портретами. Горшман отыскал в Костромском музее картину с изображением неизвестного, после чего объявил в печати, что определил изображённого как дипломата В. Ханыкова.

Для правдоподобности на фотографической копии картины, предъявленной читателю, Горшман переделал гражданский фрак в форменный, а на груди портретируемого появились звезда Мальтийского ордена и медаль «За взятие Парижа». Заодно в биографической справке Ханыкову было щедро отсыпано военных подвигов, которые он не совершал. Дипломат превратился в георгиевского кавалера, неоднократного победителя турок и поляков.

Удивительные приключения губернатора

В 1995 году Горшман создал одну из самых масштабных мистификаций. Из города Иркутска поступил запрос на биографию их губернатора в 1839–1848 годах Андрея Пятницкого, и Горшман создал ему героическое жизнеописание. Чиновник превратился в выдающегося военного, которому должно было найтись место в пантеоне русской военной славы.

Под лёгким пером Горшмана Пятницкий стал героем Заграничного похода 1813–1815 годов, получившим ранение при Бауцене и Дрездене. Что мелочиться, подумал Горшман — и… смело приписал Пятницкому ранение ядром в правую ногу в Битве народов под Лейпцигом.

По масштабам военных подвигов и неуязвимости Пятницкий, кажется, превзошёл барона Мюнхгаузена.

Подлинная история куда прозаичнее. Реальный Пятницкий — статский чиновник, который не служил в армии ни одного дня.

Чтобы придать биографии губернатора солидность, Горшман получил в РГВИА (Российский государственный военно-исторический архив) архивное дело его полного тёзки, которому и предстояло стать героем новой статьи мистификатора. Заодно Горшман нашёл в этом же полку ещё одного Пятницкого — Николая. Ему он прямо в архивных служебных формулярах переправил имя на «Андреяна» (мастерски сымитировав почерк XIX столетия), вписал туда несуществующую награду — орден св. Анны IV степени — и представил публике красивую сагу о двух братьях, героях наполеоновских войн.

Взгляните в Иркутскую энциклопедию — мистификация, запущенная Горшманом, продолжает свою жизнь и уже превратилась в общепризнанный факт.

Снова шутка с портретом

В 1996 году вышел ожидавшийся многими историками «Словарь русских генералов, участников боевых действий против армии Наполеона Бонапарта в 1812–1815 гг.». В этом масштабном труде Горшман написал более трети биографических статей, сопроводив их портретами.

Помимо прочих там содержалась информация о генерале Павле Ланском. В ней русский военачальник по воле Горшмана поступил на службу сержантом в лейб-гвардии Преображенский полк, затем состоял в инженерной экспедиции, воевал со шведами в 1789–1790 годах и был награждён орденом св. Владимира IV степени.

Всё это, как и раньше, было тщательно вписано в подлинные архивные дела. Жемчужиной, увенчавшей «новую биографию», стал портрет генерала, удивительно кстати «обнаруженный» Горшманом. Для его изготовления использовался портрет 1797 года с изображением инженер-майора Томилова, хранящийся в Саратове. Картина XVIII столетия была дана в зеркальном изображении, мундир переписан под Александровские времена, дописан стоячий воротник, эполеты, награды.

Преображённому Томилову «убрали» парик, «приклеили» пышные бакенбарды и состарили, сделав восемнадцатилетнего офицера генералом лет шестидесяти.

Настоящий же Павел Ланской начал службу в гвардейском Семёновском полку. И не сержантом, а простым солдатом. Он не был военным инженером, не участвовал в войне со шведами и не получал тех наград, которыми его по своему обыкновению щедро осыпал весёлый мистификатор.

Как дворовая девка стала графиней

Бывали среди мистификаций Горшмана совсем уж комичные. В 1986 году Государственный музей А. С. Пушкина попросил прославленного эксперта определить, кто изображён на хранящейся в фондах миниатюре. В ответ поступил занимательный рассказ, что на миниатюре — штабс-капитан Бежанов, который, как обычно, обзавёлся славной биографией. Прошёл всю кампанию 1812 года, участвовал в войне в Европе, был неоднократно ранен, отмечен благоволением императора Александра I, дослужился до полковничьих эполет, командовал полком. Уже при Николае I он завершил военную карьеру участием в войне с турками 1828–1829 годов и штурмом Варшавы в 1831 году. Более того, Бежанов удачно женился — аж на графине Скавронской. Завидная судьба…

Фантазия унесла Горшмана очень далеко. Реальный Бежанов не только не совершал всех упомянутых подвигов, но и был отправлен в отставку после ранения при Березине в декабре 1812 года. Да и женат он был не на графине Скавронской, а на её бывшей служанке Анисье.

И — сущая мелочь: на портрете из Пушкинского музея изображён совсем не он, а майор Глебов, не имеющий к Бежанову никакого отношения.

Ну прямо анекдот!

Вот такая поучительная история о том, как доверие научным авторитетам и нежелание перепроверять ссылки на исторические источники может привести к появлению ложной информации, которая, с лёгкой руки автора, уйдёт в научный оборот.

Горшман не получил от своей «деятельности» никакой прибыли, да и не стремился к ней. Он не продавал картины и документы, а всего лишь распространял свои исторические фантазии. И наверное, сидя у себя в домашней тиши, смеялся до колик, вспоминая о том, сколько доверчивых читателей поверило его мистификациям.

Подробности на warhead.su:
https://warhead.su/2020/05/08/neuyomnaya-fantaziya-aleksandra-gorshmana-istoriya-velikoy-mistifikatsii

 

Материал: Михаил Диунов
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Linda на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@newru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

Читайте также:


Комментарии