К вопросу об иностранной интервенции в России в годы гражданской войны

В конце ноября 1918 года началась полномасштабная интервенция сил Антанты на юге России. Британские и французские корабли вошли в подконтрольный Добровольческой армии Новороссийск, а также Одессу и Севастополь, которые были оставлены немцами после Компьенского перемирия, завершившего Первую мировую войну. К началу 1919 года интервенты заняли Евпаторию, Николаев, Феодосию, Херсон, Ялту.

Лидеры Белого движения рассчитывали на активное англо-французское участие в борьбе против Красной армии. Но Лондон и Париж, решаясь на эту экспедицию, исходили из более приземлённых, но очень практичных соображений. В декабре 1918 года британцы заняли прикаспийские области Закавказья, Северного Кавказа и Туркестана. Особый интерес для них представлял Баку – основной нефтеносный район бывшей Российской империи. В те дни в Лондоне представители компаний, сколотивших капиталы на кавказской нефти, потирали руки в предвкушении открывающихся возможностей. «Никогда ещё в истории наших островов не было такого благоприятного случая для мирного проникновения британского влияния и британской торговли для создания второй Индии или Египта», – было заявлено на годовом собрании коммерсантов, занимавшихся разработкой бакинского месторождения Биби-Эйбат. За время оккупации Азербайджана, продлившейся до августа 1919 года, англичане вывезли почти полмиллиона тонн нефти. Примечательно, что в ноябре 1918 года главнокомандующий Донской армией «белых» генерал П.Н.Краснов просил британских союзников прислать войска для помощи в боях с Красной армией на Северном Кавказе – и получил отказ: серьёзное участие в войне в коммерческие планы Лондона не входило. Французы же, в обмен на военную помощь, потребовали у П.Н.Краснова возместить ущерб, понесенный французскими промышленниками от разрушения принадлежащих им предприятий на юге России, которые пострадали за время революции и гражданской войны.

Главнокомандующий Добровольческой армией генерал А.И.Деникин так описывал эпизод интернирования кораблей Черноморского флота: «Командированный мною в Севастополь адмирал Герасимов встретил со стороны союзного морского командования обидное и жестокое отношение к русскому достоянию. На том основании, что русские суда находились в распоряжении германцев, старший адмирал союзного флота лорд Кольсорн, по распоряжению из Константинополя, отказался передать их русскому командованию. Лучшие из этих судов заняли иностранными командами и подняли на них флаги – английский, французский, итальянский и даже… греческий. Все годные к плаванию корабли приказано было отвести в Измит для интернирования. На просьбу Герасимова отпустить хотя бы два, три миноносца в Новороссийск для охраны и патрулирования внутренних вод района Добровольческой Армии сменивший Кольсорна французский адмирал Леже ответил резким отказом: «Союзные правительства не потерпят присутствия вооружённого русского судна на Чёрном море, так как таковое, будучи отнято большевиками, может наделать державам Согласия многочисленные беды и хлопоты». На том же основании французские и английские команды, по приказанию Леже, топили и взрывали боевые припасы, хранившиеся в севастопольских складах, рубили топорами аккумуляторы и баки подводных лодок. Разрушали приборы управления и увозили замки орудий». Одновременно интервенты реквизировали принадлежавшие России торговые суда. «Образ действий союзников походил скорее на ликвидацию, чем на начало противобольшевистской кампании», — резюмировал А.И.Деникин.

К середине 1919 года большая часть войск интервентов покинула юг России. Этому предшествовала болезненная для престижа французской армии потеря Херсона и Николаева под ударами воевавшей на тот момент на стороне Красной армии повстанческой армии атамана Н.А.Григорьева. Одной из причин этих поражений в частности и эвакуации контингента Антанты в целом стало брожение в рядах солдат и матросов, выливавшееся в открытые бунты: уставшие от войны люди не могли понять цели своего пребывания за много тысяч километров от дома.

После эвакуации Великобритания и Франция продолжали оказывать помощь «белым». Условия сделки при этом были весьма своеобразными. В качестве компенсации за вооружение и боеприпасы, которые, по сути, были собственностью нашей страны (большую часть поставок составляли содержимое складов Русской императорской армии и трофеи сосредоточенных на Восточном фронте австро-германских войск, доставшиеся Антанте по окончании Первой мировой войны) только за период с февраля по сентябрь 1920 года вывезли с юга России 50 тысяч тонн зерна, 14 тысяч пудов соли, 2 тысячи тонн льна, 2 тысячи тонн табака, свыше тысячи тонн шерсти и множество другого сырья.

Иностранная интервенция в годы Гражданской войны, одним из объектов которой стал юг России, нанесла ощутимый ущерб нашей стране. Под предлогом борьбы защиты «свободного мира» от «большевистской заразы» незваные гости грабили русское национальное достояние, причиняли страдания местному населению. Сегодня, когда НАТО под теми же самыми лозунгами защиты т.н. «свободного мира» осуществляет полномасштабные военные приготовления у российских границ, как никогда важно помнить уроки тех событий столетней давности.

Источник материала
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Miriam на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@newru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

Читайте также:

1 Комментарий
старые
новые
Встроенные Обратные Связи
Все комментарии