Как «Молчун Си» стал лидером Китая

Депутаты Всекитайского собрания народных представителей (ВСНП) — высшего законодательного органа — одобрили отмену ограничения на занятие должности председателя КНР. До сегодняшнего дня эти посты нельзя было занимать более двух сроков подряд. Теперь генсек Си Цзиньпин сможет находиться на своём посту и после 2023 года, когда к концу подойдёт его второй срок. Лайф вспоминает подробности из биографии нынешнего китайского лидера.

Большинство россиян знают про нынешний Китай только две вещи: там живёт очень много людей и там, вроде бы, до сих пор ещё строят коммунизм, но с капиталистическим лицом. Немногие при этом вспомнят имя китайского президента, от позиции которого, между тем, сегодня зависит и мировая политика, и мировая экономика.

Впрочем, и сами китайцы знают немногое о своём лидере.

«Молчун Си» — так называли его пять лет назад, когда Си Цзиньпин только встал у руля Китая. Также говорили, что китайского генсека практически невозможно вывести из себя — что бы ни случилось, на его лице всегда будет играть непроницаемая вежливая улыбка, воплощающая в себе всё снисхождение могучего тысячелетнего Китая к внешнему миру.

Жертва Большого скачка

Си Цзиньпин родился 1 июня 1953 года в Пекине в семье видного партийного руководителя Си Чжунсюня — одного из заметных руководителей Красной армии Китая. В 30-х годах Си-старший (в Китае первая часть имени это родовая фамилия, вторая — имя собственно самого человека) занимался созданием партизанского подполья в провинции Шаньси, затем воевал с японцами и прославился как главнокомандующий всех северо-западных провинций Китая.

После войны Си Чжунсюнь, которого сам Мао именовал «лидером из народа», стал начальником отдела пропаганды ЦК партии. Пик его карьеры пришёлся на 1959 год, когда на VIII съезде партии он был избран в состав Политбюро и назначен заместителем председателя Государственного совета КНР — то есть стал вторым человеком в стране после самого Великого кормчего Мао.

Однако партийную карьеру Си Чжунсюня сгубила страсть к литературе. Ещё в начале 50-х он написал книгу о друге молодости — красном командире Лю Жидане, который вошёл в историю страны как «китайский Будённый». И всё бы ничего, но одним из ближайших сподвижников «красного богатыря Лю» он назвал некоего Гао Гана — бывшего председателя Госплана КНР, которого — ровно через два года после выхода злополучной книги — объявили врагом народа. Про книгу Си Чжунсюня вспомнили только в 1962 году, когда в китайской партии пришла пора «большой чистки».

Впрочем, была и другая — менее афишируемая — причина падения Си. В конце 50-х Мао объявил о начале новой стратегии Большого скачка, призвав китайцев ускоренными темпами строить коммунизм: «Три года упорного труда — десять тысяч лет счастья!»

Со стороны этот эксперимент напоминал массовое умопомешательство: на селе всех крестьян силой сгоняли в аграрные коммуны, обобществляя всё имущество — от домов и домашнего скота до личной одежды и обуви. Кое-где обобществляли и жён. Коммуны, созданные в городах, обязаны были производить промышленную продукцию: по всему Китаю во дворах домов строились сотни тысяч примитивных доменных печей для кустарной выплавки чугуна — конечно же, никуда не годного качества. В итоге Большой скачок обернулся невиданной экономической катастрофой: крестьяне бросились бежать от казарменного быта, в стране начался голод, который, по некоторым оценкам, за несколько лет унёс жизни 45 миллионов человек.

Разумеется, кто-то должен был ответить за провал Большого скачка, и Мао объявил в партии чистку, когда врагами народа были объявлены десятки тысяч партийных руководителей. В их числе оказался и Си Чжунсюнь.

Сын врага народа

Но Си Чжунсюню повезло — в отличие от сотен тысяч репрессированных врагов народа, его не расстреляли, не сгноили в лагерях «лаоцзяо» (китайский аналог ГУЛАГ), где политических заключённых «перевоспитывают трудом». Нет, Си Чжунсюню повезло — его просто сняли со всех постов и отправили в почётную ссылку — директором строящегося тракторостроительного завода в город Лоян в соседнюю провинцию Хэнань.

В лагерь «лаоцзяо» он попал в 1967 году, когда в Китае началась Культурная революция — компания по уничтожению политических конкурентов Мао под предлогом «борьбы с внутренним и внешним ревизионизмом». Бороться же с врагами стали молодые «бунтари» — хунвейбины, вчерашние школьники и студенты из неблагополучных семей, которые, опьянев от безнаказанности, громили «ревизионистов», которыми зачастую становились их преподаватели, местные чиновники, представители духовенства. Досталось и дирекции завода в Лояне — Си избили до полусмерти и, обрядив в шутовские одежды, заставили под угрозой виселицы читать на площади «покаянное слово», после чего отправили в каменоломни на перевоспитание.

Юный Си Цзиньпин, которому тогда исполнилось 13 лет, избежал лагерей только чудом. Вместе с мамой Ци Синь, сестрой Цяоцяо и младшим братом Юаньпинем, они бежали из города в родную провинцию Шаньси. В деревне они и попали в руки местных хунвейбинов.

Как сына матёрого «контрреволюционера», Си Цзиньпина приговорили к самой позорной и грязной работе — они с братом должны были ухаживать за свиньями сельхозкоммуны и жить в свинарнике.

Много лет спустя сам Си Цзиньпин в интервью одному китайскому журналу вспоминал:

— Что я помню из своей молодости? Только постоянное чувство голода и холода. Ещё я помню ежедневный тяжёлый труд, побои надзирателей и постоянное одиночество. В течение почти семи лет моим домом был грязный хлев со свиньями. Я спал на кровати из кирпичей, укрываясь старым одеялом, которое кишело блохами. Я пил со свиньями из одного ведра…

Из грязи — в партийные князи

Всё изменилось в 1976 году, когда после смерти Мао Цзедуна к власти пришел реформатор Дэн Сяопин, который и сам пострадал от террора хунвейбинов («бунтари» схватили его сына и после долгих пыток выбросили из окна третьго этажа, после чего молодой человек стал инвалидом).

Си-младший тут же ощутил перемену политического курса. И хотя его отец по-прежнему оставался врагом народа и узником трудовых лагерей, ему позволили покинуть свинарник. Более того, в рамках кампании по реабилитации жертв политических репрессий Си-младшего даже приняли в компартию и назначили на пост секретаря партийной организации в его «родной» свиноводческой бригаде. Впрочем, в колхозе Си-младший постарался не задерживаться и при первой возможности он уехал в Пекин, где поступил на химико-технологический факультет университета Цинхуа.

В 1978 году реабилитировали и Си-старшего. Сначала его вернули на завод в Лояне, затем Си Чжунсюнь при покровительстве Сяопина стал губернатором провинции Гуандун — это на самом юге страны, фактически на границе с Гонконгом. Именно приморская провинция Гуандун и стала главной экспериментальной площадкой будущего китайского экономического чуда.

В 1980-х годах Чжунсюнь, избранный в секретариат ЦК КПК, стал одним из зачинателей политики экономической либерализации. Также Си-старший отвечал за воплощение в жизнь основного детища архитектора китайских реформ — он курировал строительство города Шэньчжэнь — столицы «специальной экономической зоны», своего рода «инкубатора» для первых китайских рыночных капиталистов.

«Папенькин сынок» пошёл в народ

Под крылом отца Си-младший, казалось, имел гарантированный и лёгкий путь к успеху. Получив диплом инженера-химика, он начал делать карьеру по партийной линии, потом по протекции отца он становится секретарём тогдашнего вице-премьера Госсовета КНР Гэн Бяо. Место, что называется, тёплое, тем более что Гэн Бяо в то время был также членом Центрального военного совета КНР.

Отец устроил и семейную жизнь Си-младшего, женив его на Кэ Сяомин — дочери китайского посла в Великобритании. В качестве свадебного подарка родители подарили молодожёнам роскошные апартаменты в престижном районе Наньшагоу в западном Пекине, где расположены посольства всех западных стран.

Однако брак по расчёту оказался для Си-младшего сущей пыткой. Как вспоминали американские дипломаты, жившие в соседних апартаментах, молодожёны ссорились практически каждый день. Образованная и элегантная красавица Кэ откровенно тяготилась жизнью в Пекине, где буквально каждый шаг был под контролем партийных органов и специальных служб. Она призывала мужа бросить всё и уехать жить на Запад, но тот всё время отказывался, понимая, как его побег ударит по положению отца и всей семьи.

В конце концов, в 1982 году, брак распался. Кэ покинула страну и переехала в Англию, а Цзиньпин остался в Китае. Вернее, он не просто остался, а уволился со всех постов и попросил отправить его работать куда-нибудь в провинцию.

Возможно, он просто понял, что карьера «папенькиного сынка» никак не соответствовала его амбициям. Однако, чтобы достичь вершин в системе власти Поднебесной, мало обладать связями и поддержкой родственного клана, для этого нужен собственный политический капитал.

И Си-младший уехал в город Чжэндин — это столица одноименного уезда в провинции Хэбей на севере Китая возле побережья Жёлтого моря.

Рывок после Тяньаньмэня

В Чжэндине Си-младший работал три года, превратив этот бедный город, знаменитый древними пагодами и буддистскими монастырями, в крупный туристический центр. Впрочем, сам Си Цзиньпин оценивает свои успехи крайне скромно:

— Чжэндин — это место, где я только начал учиться тому, как работать с людьми, — однажды заметил он в интервью.

В 1985 году Си-младшего перевели с повышением — он стал вице-мэром города Сямэнь, что в провинции Фуцзянь, которая в то время приобрела репутацию капиталистического рая для частных предпринимателей. Однако, несмотря на репутацию западника, Цзиньпин показал себя и жёстким государственником, когда летом 1986 года он решительно пресёк все попытки организовать в городе студенческие демонстрации.

Суровость Си Цзиньпина оценили три года спустя — во время событий на площади Тяньаньмэнь, которые на Западе считают раздавленной танками «студенческой революцией», а в самом Китае — попыткой нового генсека ЦК КПК Чжао Цзыяна, либерала и западника, устроить партийную чистку старых партийных номенклатурных кланов. Попытка провалилась — в политику вмешались генералы, в итоге студенческий «Майдан» в центре Пекина был разогнан, а сам Чжао Цзыян до конца жизни был помещён под домашний арест.

Вслед за этим череда арестов прошла и в провинциях страны.

В итоге карьера Си Цзиньпина сделала вертикальный рывок — в 1989 году он становится и партийным вожаком провинции Фуцзянь, и первым секретарём окружной парторганизации Народно-освободительной армии Китая. В китайской вертикали власти именно такие региональные руководители и являются кадровым резервом для высших эшелонов власти. Казалось, что вот-вот — и молодой Си вернётся с триумфом в Пекин, но в 90-е его карьерный рост как будто застопорился на уровне руководителя провинции. Возможно, всё дело было в том, что новый китайский лидер Цзян Цзэминь, пришедший к власти в 1993 году, предпочитал всюду ставить своих людей — преимущественно выходцев из Шанхая, где Цзян Цзэминь был мэром.

Лишь в 2002 году, когда новым генсеком Китая стал Ху Цзиньтао — кстати, выпускник университета Цинхуа, который закончил и Си-младший, в Пекине вспомнили о его кандидатуре. И вскоре Си получил новое назначение на пост губернатора Чжецзяна — одной из самых богатых провинций страны.

В то же время Си Цзиньпин преуспел в построении семейного счастья. Ещё в начале 90-х он женился во второй раз — на певице Пэн Лиюань, «золотом голосе Китайской армии», которая известна на всю страну как исполнительница народных песен и песен военного репертуара. Известие о свадьбе Пэн Лиюань произвело эффект разорвавшейся бомбы — никто не мог понять, что она нашла в этом «молчуне Си»?!

И лишь совсем недавно Пэн в интервью призналась, что её покорили и стальной характер Цзиньпина, и его мягкость и обходительность с женщинами, и его невозмутимость — кажется, что на свете нет ничего, что могло бы вывести Си из состояния вечного покоя.

— Но его равнодушие — это маска, — рассказала Пэн Лиюань, — на самом деле никто не знает, насколько это страстный и эмоциональный человек.

В 1992 году у молодожёнов родилась дочь Си Минцзе. Сегодня о дочери китайского лидера известно совсем немного. Сейчас она живет в Пекине, вернувшись из США, — несколько лет она под псевдонимом училась в Гарварде, где изучала право, историю искусств и английскую литературу.

Дело было в Шанхае

Борьба за власть в Китае идёт неторопливо — с опережением на пять-шесть лет. Раз в пять лет в Китае проходят партийные съезды, которые утверждают уже принятые и сто раз согласованные в течение предыдущих пяти лет среди партийной номенклатуры кадровые решения. Никаких неожиданностей и резких разворотов — никто в Китае больше не хочет ни «культурных», ни каких-либо ещё революций. Вернее, неожиданности случаются, но совсем не в то время, когда их ждут нетерпеливые европейцы. Вот, например, в 2002 году новым китайским лидером стал Ху Цзиньтао, который — по Конституции страны — должен был править не более 10 лет, то есть до 2012 года. Но вот кандидатуру преемника Ху Цзиньтао стали обсуждать в Пекине в 2007 году — накануне очередного партийного съезда. Логика тут простая: именно на съезде партии лидер государства начинает выдвигать преемников и постепенно вводить их в узкий круг высшего руководства страны.

Собственно, главным преемником на тот момент считался некий Чэнь Лянъюй — член Политбюро ЦК КПК и глава Шанхайского обкома КПК, человек из могущественной «Шанхайской клики» бывшего генсека Цзян Цзэминя, ставший впоследствии председателем КНР. Причём сам Чэнь Лянъюй был настолько уверен в силе «клики», что несколько раз позволил себе публично спорить с Ху Цзиньтао на заседаниях Политбюро.

Но в Политбюро не прощали таких наглецов.

В 2006 году Чэнь Ланъюй был внезапно арестован агентами Министерства госбезопасности КНГ по обвинению в нецелевом использовании и хищении порядка 400 миллионов долларов из местного Пенсионного фонда. Расследовать дело и поручили «молчуну Си», назначенному на пост градоначальника Шанхая. В итоге Чэнь Лянъюй получил 18 лет тюрьмы, а вместе с ним по делу о хищениях денег у пенсионеров было арестовано несколько десятков чиновников из состава «клики».

И в 2007 году страна узнала имя вероятного преемника Ху Цзиньтао. Правда, список претендентов на престол не ограничивался лишь именем Си Цзиньпина. Были и другие преемники. Основной конкурент — Ли Кэцян, бывший секретарь комитета КПК провинции Ляонин и лидер т.н. комсомольской группы — чиновников, начавших делать карьеру в руководящих органах Коммунистического союза молодёжи Китая. Другой претендент — Чжоу Юнкан, член «Шанхайской клики», дослужившийся до поста министра общественной безопасности КНР.

Но всё решила Олимпиада 2008 года в Пекине — её проведение курировал как раз Си Цзиньпин, избранный заместителем председателя КНР. После спортивного триумфа китайской сборной ни у кого не осталось и доли сомнения, кто именно поведёт Китай в будущее.

Пятое поколение против четвёртого

Со стороны китайская политика напоминает китайский традиционный театр — «цзинси», когда на сцене что-то явно происходит, но что именно — совершенно непонятно. По крайней мере, непосвящённым зрителям. Посвящённые же люди вовсе не спешат объяснить смысл происходящего, потому что совершенно же невозможно объяснить европейским варварам — «лаовай» — что в китайском театре само действие пьесы почти не имеет никакого значения, что искусство «цзинси» строится на канонизированных и отточенных условных приёмах выразительности, на стилизованных движениях и жестах, подобающих каждому персонажу пьесы, выражающему определённое амплуа.

Точно такие же законы и в китайской политике — всё основное действо происходит вне публичного пространства, в тиши коридоров и кабинетов. На публике же китайские функционеры лишь исправно исполняют ритуальные жесты. Но иногда законы театра «цзинси» ломаются, и тогда зрителям становятся видны все закулисные механизмы и дрязги пекинского олимпа.

Нечто подобное произошло и Си Цзиньпином в сентябре 2012 года накануне 18-го Всекитайского съезда КПК — именно на этом съезде к власти пришёл Си и «пятое поколение» китайских управленцев.

Накануне съезда Си Цзиньпин на несколько недель исчез из публичной политики. Более того, он отменил встречу и с госсекретарем США Хиллари Клинтон, и с сингапурским премьер-министром, и с российскими министрами. Однако, как сообщила американская The Washington Post со ссылкой на гонконгские источники, на самом деле Си был тяжело избит во время совещания с представителями «армейской группы» Чжоу Юнкана. Дескать, в ходе совещания разговор на повышенных тонах перешёл в настоящую драку, и взбешённые генералы чуть было не пробили голову заместителю председателя КНР обломками стула.

Поэтому, утверждают американские журналисты, Си Цзиньпин был вынужден несколько недель отлёживаться дома, ожидая, пока пройдут синяки.

Что ж, Си Цзиньпин жестоко отомстил обидчикам. Не прошло и полгода после съезда, как Чжоу Юнкан был арестован по обвинению в целом букете коррупционных преступлений.

Тема борьбы с коррупцией вообще стала главным лейтмотивом первого срока Си, который, вступив в союз с Ли Кэцяном (ныне Ли занимает пост главы правительства КНР), жёсткой рукой стал преследовать назначенцев прежних элит. Впрочем, простые китайцы только приветствовали, как волны чисток одна за другой накрывают военную и партийную верхушку, погрязшую в воровстве.

Размах антикоррупционной кампании поражает: за четыре года — с 2013-го по 2017-й — спецслужбы «вычистили» более 1,35 млн чиновников и партийных деятелей. Конечно, две трети осуждённых отделались увольнением или исключением из партии, но несколько сотен тысяч чиновников — в основном, из верхних этажей власти — были приговорены к пожизненному заключению и смертной казни через расстрел.

В числе осуждённых «тяжеловесов» были и замглавы Центрального военного совета Го Босюн, и зампред Центральной военной комиссии Сюй Цайхоу, и бывший главный помощник генсека Ху Цзиньтао Линг Джихуа, и бывший министр коммерции Бо Силай — ещё один «наследный принц», создавший бизнес-империю, охватывавшую весь Китай. Кстати, поговаривают, что к Бо Силаю у Си Цзиньпина были личные счеты — во время Культурной революции Бо был командиром одного из столичных отрядов хунвейбинов, которые охотились на людей старшего поколения. Говорят, что Бо Силай не пожалел даже собственного отца, переломав ему все ребра во время допроса. Вместе с Бо Силай была арестована и его жена Гу Кайлай, которую обвинили в убийстве британского бизнесмена Нила Хэйвуда, помогавшего перемещать миллиарды китайских чиновников на счета в офшоры. В итоге Гу Кайлай была приговорена к расстрелу, а Бо Силай к пожизненному сроку заключения.

Интересная деталь: разгром «шанхайской группировки» Чжоу Юнкана вызвал немало беспокойства в России. Именно Чжоу Юнкан, курировавший от имени правительства работу китайских нефтяных и газовых компаний, был главным инициаторам строительства российского газопровода «Сила Сибири», идущего в Китай.

А вот Си Цзиньпин тогда считался настоящим прозападным политиком — как представитель промышленно развитого Юго-Востока страны, он ратовал за развитие геотермальной «зелёной» энергетики и за развитие рынка сжиженного газа, который в Китай поставляли Катар, Малайзия и Индонезия.

Однако весьма скоро Си Цзиньпин доказал, что не зря в провинции Фуцзянь его называли самым гибким политиком — он и восстановил отношения с «Газпромом», и показал себя лучшим союзником России, и выдвинул инициативу «Один пояс и один путь», делающую Россию одним их главных экономических союзников Китая на пути построения «Экономического пояса Шёлкового пути» и «Морского Шёлкового пути XXI века».

На третий срок

О личности возможного преемника Си Цзиньпина спорили давно, но прошедший в октябре 2017 года 19-й Всекитайский съезд компартии не принёс на этот счёт никакой ясности. Если у Си Цзиньпина и были какие-то мысли насчёт достойных представителей «шестого поколения» китайских чиновников, то он предпочел оставить их при себе — никто из молодых губернаторов провинций или выдвиженцев Си не получил на съезде «знакового» приглашения войти в высшие эшелоны власти. Более того, некоторые из «шестого поколения», кого метили в «наследники», стали фигурантами новых «коррупционных» расследований. К примеру, наиболее вероятным претендентом на пост генсека считался Сунь Чжэнцай, бывший глава горкома Чунцина, которого накануне съезда сняли со всех постов и поместили в тюрьму Циньчэн — это элитный следственный изолятор в центре Пекина, открытый специально для высокопоставленных чиновников и партийных деятелей.

Не годятся в преемники и нынешние члены Политбюро ЦК КПК и даже заместители Си по Госсовету и Военному совету — в 2022 году, когда Си должен будет уйти в отставку, как того требует Конституция КНР, практически весь китайский ареопаг достигнет 70-летнего пенсионного возраста, после которого им будет заказан путь во власть.

А вот самому Си в 2022 году будет всего 69 лет — по китайским меркам, возраст расцвета. К примеру, уместно вспомнить, что сам Дэн Сяопин стал лидером Китая в возрасте 73 лет — после долгих лет жизни под арестом. А Мао Цзедун к 70 годам ещё даже не вошёл во вкус управления страной.

Так что совсем неслучайно, что в Китае не только заговорили о возможном изменении Конституции страны, чтобы Си Цзиньпин смог бы остаться и на третий срок, но и уже утвердили данный проект поправок.

Депутаты на сессии Всекитайского собрания народных представителей (ВСНП) — высшего законодательного органа — одобрили отмену ограничения на занятие должности председателя КНР и его заместителя.

Это решение позволяет Си Цзиньпину переизбираться на должность и после 2023 года, когда к концу подойдёт его второй срок.

Источник материала
Материал: Владимир Тихомиров
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Linda на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@proru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

Читайте также: