Как война с террором навредила американским военным

U.S. Soldiers wait to be picked up by helicopters south of Balad Ruz, Iraq, March 22, 2009. The Soldiers are assigned to Recon Platoon, 1st Battalion, 24th Infantry Regiment, 1st Stryker Brigade Combat Team, 25th Infantry Division. (DoD photo by Mass Communication Specialist 2nd Class Walter J. Pels, U.S. Navy/Released)

Предлагаю вашему вниманию статью, выводы её автора не бесспорны. Возможно, вы в комментариях напишете об этом.

Почти 20 лет назад США вписались в одну из самых длинных войн в своей истории. Так называемая «война с террором» длится уже более 18 лет, и, хотя в последние годы она утихла, о завершении пока и речи не идёт. Столь долгий и глобальный конфликт серьёзно изменил облик американских вооружённых сил — но далеко не в лучшую сторону.

Старые планы

Обычно датой начала «войны с террором» называют 11 сентября 2001 года, иногда уточняя, что разрешение на использование войск против террористов по всему миру было получено от конгресса 20 сентября того же года. Но разворот в политике США на противостояние различным террористам и инсургентам на всей планете начался ещё до того, и 11 сентября лишь ускорило этот процесс. Потому даже не случись этот теракт, «война с террором» всё равно бы произошла, просто её начало не было бы таким резким и называлась бы она по‑иному.

Многие считают, что затачивание американских военных под противостояние различным иррегулярам началось сразу после краха Советского Союза, но это совсем не так. Военные прекрасно понимали, что гонять различных «партизан» и борцов за свободу — дорого, и самое современное оружие не очень-то и нужно. А 80-е годы заставили привыкнуть к хорошему — огромным бюджетам и самым передовым разработкам. Терять их не хотелось, так что требовалось объяснить политикам, зачем в 90-е и последующие годы нужно продолжать давать деньги на столь дорогие военные игрушки.

Окончание холодной войны привело к закрытию проектов стратегической направленности. Работы над перспективным конвенционным вооружением в большинстве случаев продолжились, хоть и с урезанным финансированием

Для военного планирования очень важно знать, с кем собираемся воевать. Находясь под впечатлением от победы над Ираком в 1991 году, военные не могли не проецировать этот конфликт на будущее. В качестве главных противников в эпоху глобального господства Америки виделись именно страны, похожие на Ирак. С одной стороны — технически продвинутые, с закупленным у развалившегося Союза современным оружием и подготовленной армией. С другой — политически изолированные, неспособные превратить войну в глобальный конфликт. Под это описание подходили Ирак с Ираном, Северная Корея, Югославия и страны СНГ.

 

Северная Корея — удобный оппонент для таких планов. Достаточно опасный, чтобы оправдать разработку новых технологий, но неспособный по-настоящему угрожать США

Против такого противника не стыдно применять высокотехнологичное вооружение — для уменьшения собственных потерь и достижения быстрой победы. Если злой диктатор купит, например, у русских самолёты поколения «четыре плюс плюс», то американцы должны выставить против него как минимум поколение «пять с плюсом», а лучше вообще шестое. При этом долгих кампаний и продолжительных оккупаций предполагалось избегать. После того как бравые ребята за пару дней уничтожат вооружённые силы диктатора и самого диктатора, его же народ воспримет демократию и начнёт её самостоятельно строить. Небольшая группа советников поможет обучить вооружённые силы нового правительства, которого хватит, чтобы гонять всяческих недобитков.

С крахом СССР на рынок вооружения хлынула самая современная советская техника. Американцы серьёзно опасались, что продавать её будут кому угодно, а не только благонадёжным странам К концу 90-х годов хотелки военных и жадность политиков всё же удалось сравнять.

Первые оставили в прошлом мечты о запуске в день по паре десятков крылатых ракет с роботизированных кораблей-арсеналов, вторые признали, что денежки хотя бы на какое-то перевооружение дать стоит.

ВВС готовились к первым контрактам на F-22 и работали над будущим F-35, планируя заменить им большую часть самолётного парка. Армейцы финансировали работы над разведывательно-ударным «Команчем», собирались менять заслуженные САУ М109 и вели работы над перспективной БМП.

Во флоте наконец определились, чего хотелось от будущего эсминца и авианосца. Казалось, всё идёт по плану, и даже если не всем перспективным типам вооружения повезёт — облик американской армии неизбежно изменится в ближайшее же время.

Тормоз прогресса

Начало «войны с террором» резко сменило все расклады. Вдруг оказалось, что противниками будут не относительно развитые страны-изгои, а различные инсургенты и повстанцы, у которых даже старый советский танк и то не найдёшь, — что уж говорить о сложной и относительно современной технике. С таким противником можно воевать хоть техникой 80-х годов, хоть антиквариатом времён Вьетнама и Корейской войны (лишь бы это всё ещё стояло на вооружении).

Тяжёлая техника большинства повстанческих формирований — внедорожник с пулемётом

«Тяжёлая техника» большинства повстанческих формирований — внедорожник с пулемётом

Более того, в новой реальности денег на новые технологии просто не было. Вместо перевооружения средства стали уходить на формирование всё новых и новых спецподразделений, чтобы охватить ими множество горячих точек планеты, — а также на противопартизанскую войну сначала в Афганистане, а потом и в Ираке.Все продвинутые технологии ушли на второй план или совсем сгинули. Зачем нам строить больше F-22, если для бомбёжки талибов вполне хватит F-15? Зачем новый «Команч», если и «Апач» не имеет равных противников? Зачем строить новый эсминец, если на воде конкурентов нет? Зачем новая самоходка, если у врага из артиллерии дай бог старые советские Д-30 найдутся?

В течение первой половины первого десятилетия 21-го века бо́льшую часть высокотехнологичных американских программ или закрыли, или максимально сократили. Вместо них те небольшие (в американских масштабах) средства, что ещё были, пошли на проектирование МРАПов, литоральных кораблей и винтовых ударных самолётов. Попытки рассуждать о необходимости войны со странами-«спонсорами терроризма» (всё той же Северной Кореей и компанией) вернуть финансирование не помогали.

Cougar Mine Resistant Ambush Protected (MRAP) vehicle s/n USN 96-51180, NAWS China Lake Air Show, Armitage Field, China Lake, CA, 18 March 2017.

Миностойкие MRAP массово хлынули в войска в ходе «войны с террором», а сейчас их столь же массово оттуда списывают — из-за непригодности к нормальным боевым действиям

Америка на тот моментом была лидером, на неё равнялись. Многие европейцы вслед за своим патроном влезли в «миротворческие операции» по всему миру. И, поскольку в США технологии встали, двигать их предстояло странам помельче. Англичане почти на десятилетие забыли о своём стелс-истребителе, над которым активно работали в 90-х, немцы окончательно свернули работы над перспективным ОБТ.

Вслед за западными странами темпы военного прогресса снизились и у остальных. Нет смысла быстрее проектировать и ставить в строй, например, новый истребитель, если у противников на вооружении всё те же F-15 и F-16.

Прекращение работ над британской стелс-программой FOAS связывают с большими расходами на содержание контингентов в совместных с американцами операциях

Резкое усиление Китая, возврат в большую политику РФ, появление региональных лидеров вроде Ирана — всё это привело к тому, что подход к новому вооружению пересмотрели. Неожиданно удалось найти деньги на новые самолёты, артиллерию, ракеты и многое другое. И хоть сама «война с террором» была неизбежна, но начнись она позже или чуть менее резко, некоторые из проектов пережили бы этот период, дотянув до возрождения интереса к себе.

Список потерь

На первый взгляд, больше всего от «войны с террором» у авиаторов пострадал F-22, но это не совсем верно. Деньги на его покупку всё же выбили и начали сокращать планы лишь в 2008 году, в связи с экономическим кризисом. Хотя, кто знает, — если бы не сокращение заказа в 2002 году, может позже, в 2008-м, цены стали бы более приемлемыми.

Куда сильнее изменился F-35. На начало «нулевых» годов в нём видели не сильно дорогую машину, призванную заменить F-16, «харриеры» и старые версии F/A-18. Но понимая, что денег на другие программы не дадут, военные начали выдвигать к F-35 всё новые и новые требования. Чтобы он в воздухе получше дрался, и бомбы получше кидал, и так далее. В итоге программа сильно затянулась и усложнилась.

Ранние варианты F-35 не сильно отличались от серийных внешне, но были куда проще во внутреннем оснащении

Другой серьёзной потерей для ВВС стала программа перспективного бомбардировщика. Новый сверхзвуковой «стелс» должен был заменить одновременно и B-1, и B-2, но денег на него после 2003 года не нашлось. Программу закрыли и долгое время собирались делать новый бомбардировщик из перспективного малозаметного транспортника, но выходило что-то странное. В итоге уже в наше время, встав перед фактом быстрого устаревания B-2, американцам пришлось заказать новый бомбардировщик B-21, который не очень далеко ушёл от своего предка.Не случись «войны с террором» — вполне вероятно, что мы бы увидели настоящий бомбардировщик следующего поколения, а не просто улучшенную версию «Спирита».

This artist’s drawing shows a future strike aircraft concept to be evaluated by Northrop Grumman under DARPA’s quiet supersonic platform program. (PRNewsFoto) Один из вариантов сверхзвукового стелс-бомбардировщика по программе NGB

Ударила «война с террором» и по, казалось бы, далёкому от всех этих дел флоту. Переболев идеями корабля-арсенала на сотни, а то и тысячи ракет, адмиралы более-менее определились каким будет перспективный эсминец. Но приличных флотов не имелось даже у союзников, и было ясно, что в будущем предстоят в основном прибрежные (литоральные) операции. Поэтому вместо постройки нормальных кораблей решили проектировать недокорветы LCS и эсминцы «Замволт», тоже заточенные под поддержку сухопутных войск.

В итоге флот получил новые корабли сильно позже задуманного — да и в противостоянии с растущим как на дрожжах китайским флотом было не очень понятно, как их применять.

Так мог выглядеть более универсальный эсминец DD-21, которого и заменил «Замволт»

Иногда в жертвы «войны с террором» записывают и подводные лодки класса «Сивулф». Это немного неверное суждение. Решение отказаться от закупки этих субмарин окончательно приняли ещё в середине нулевых, исходя из того, что в новых условиях господства на океане больше не нужны были идеальные бесшумные подводные охотники — ведь им не за кем охотиться, да и на них некому. Пересмотреть это решение и отменить заказ на более простые «вирджинии» пытались до начала 2002 года, и маловероятно, что главной причиной неудачи этих попыток была начавшаяся война. Так что «сивулфы» всё же стоит отнести к жертвам окончания холодной войны.

Субмарины «Сивулф» — по-прежнему лучшие подводные охотники нашего времени

Самые тяжёлые «потери» понесла Армия США, которая и стала главным участником этого конфликта. На конец 2001 года армейцы ожидали в скором времени получить новые разведывательно-ударные вертолёты RАН-66 «Команч», новую самоходку «Крусейдер»; кроме того, проводились исследовательские работы над будущим ОБТ, а также над перспективным стрелковым вооружением в рамках программы OICW (Objective Individual Combat Weapon) и завершались испытания колёсного бронетранспортёра — будущего «Страйкера».

Больше всего повезло двум последним программам. «Страйкер» отлично вписывался в реалии нового конфликта — аэромобильный, быстрый, достаточно недорогой. Конечно, его низкую защиту от мин частенько критиковали, но в итоге новая война лишь ускорила его появление в войсках. Не помешала «война с террором» и стрелковому вооружению, и, хоть в итоге программа OICW и её наследники оказались безрезультатными, это имело совсем иные причины.

«Страйкеры» прижились в войсках, хотя теперь их потихоньку довооружают

Перспективный «Команч» ещё в 80-е годы был задуман как вертолёт для действий в условиях сильного противодействия ПВО, поэтому в его конструкции использовались элементы стелс-технологий. Но и без этого он был значительно быстрее всех своих винтокрылых коллег, имел максимально передовую электронику и был адаптирован под целую гору нового вооружения. «Команч» успешно завершил испытания, и всё шло к постановке его на вооружение. Но в начале 2004 года программу закрыли. Объяснили это просто — слишком дорогой вертолёт не имел преимуществ перед машинами в существующей обстановке.

Заменить старичков «кайов» должны были новые дешёвые разведывательные вертолёты и беспилотники. В итоге на первых не нашлось денег, а использовать только дроны оказалось неэффективно. И сейчас, через 15 лет, в программе нового разведывательно-ударного вертолёта торчат уши отменённого некогда «Команча».

Проект «Белл» 360 «Инвиктус» можно назвать буквально наследником «Команча»

О новом ОБТ армия мечтала ещё с начала 80-х и даже прототипы строила, но всё как-то не выходило. Во второй половине 90-х годов за дело потихоньку взялись снова; целью была разработка 40-50-тонной двухместной машины с уровнем защиты и вооружением не хуже, чем у последних версий «Абрамса». Но тут грянула «война с террором» и всё изменилось.

Даже старые ОБТ были перебором в контрпартизанской войне и смотрелись как слоны в посудной лавке, что уж говорить о новой машине.Все исследования быстро прикрыли и объявили, что все эти тяжёлые бронированные мастодонты устарели: машина будущего должна быть лёгкой, аэротранспортабельнной и без особой брони. А чтобы ещё сэкономить денежку, под это дело надо создать единое шасси, на котором будет выполнена вся необходимая армейцам техника — от БРМ и БТР до САУ и БМП.

Надо ли говорить, что ничего путного так и не вышло из этой затеи?

Другой жертвой желания чрезмерной мобильности стала самоходная установка XM2001 «Крусейдер». Замену заслуженной и непрерывно модернизируемой М109 искали с 70-х годов, но ничего не выходило. Даже установить автомат заряжания в новый вариант этой САУ с пафосным названием «Паладин» так и не вышло. И если на начало 70-х по самоходной артиллерии США были впереди планеты всей, то к концу 90-х их нагнали даже китайцы (что уж говорить о европейцах или русских).«Крусейдер» должен был изменить эту ситуацию. Автомат заряжания, новейшее 155-мм орудие, самая крутая электроника из доступной — и при этом не такая уж и большая цена. Вот только весила она «целых» 43 тонны. Столько же весила и наша «Мста», и разрабатываемые в тот момент перспективные китайские, японские и корейские самоходки, а немецкая PzH 2000 вообще перевалила за 50 тонн.

Прототип «Крусейдера» на испытаниях

Но американские политики видели свою новую армию быстрой и мобильной, готовой в любой момент перемахнуть через половину земного шара, чтобы победить терроризм в новой стране. ХМ2001 можно было перевезти только тяжёлыми транспортными С-5 — и это оказалось «смертным приговором».

В 2003 году программу закрыли, предварительно полив помоями как абсолютно бесполезную. Вместо этого в рамках работ над единым шасси решили создать аналогичную машину, но весом в 18 тонн. Её даже удалось построить — но не довести до ума. В итоге американская армия до сих пор остаётся с М109, которой в новейшем варианте M1299 снова пытаются выдать автомат заряжания и пушку подлиннее.

Прототип САУ ХМ1203 NLOS-C, которая пришла на замену «Крусейдеру»

Приводить подобные примеры можно ещё очень долго. Обычно про войны говорят, что они — двигатель прогресса. Это лишь частично правда.

В ходе «войны с террором» силы специального назначения реально переживали резкий рост и прогресс, причём до такой степени, что они реально стали тянуть на отдельный род войск. Но при этом про вооружение для обычной войны попросту забыли — или даже «забили» на него. Война стала «тормозом» прогресса.

В итоге были потеряны почти десять лет — и превосходство сразу в нескольких областях вооружения.

Эта поучительная история показывает, как вредно увлечение чем-то одним. Да, уделяя внимания только оружию «большой войны», можно обнаружить себя совершенно не готовым к локальному конфликту — что и произошло во Вьетнаме и Афганистане. Но верно и обратное. Готовясь только к локальной войне, можно проморгать момент, когда тебя обойдут даже не самые сильные оппоненты. Остаётся надеяться, что наши военные будут учиться на этих ошибках, а не повторять их, увлёкшись локальными войнами.

Подробности на warhead.su:
https://warhead.su/2019/10/16/kak-voyna-s-terrorom-navredila-amerikanskim-voennym

Источник материала
Материал: Юрий Кужелев
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Linda на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@newru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

Читайте также:

вверху новые вверху старые
Оповестить
Sobolek
Sobolek

Интересная статья.
У америкосов остался ресурс для создания современных видов вооружений или уже всё прополимерили?

Владимир
Владимир

На те же грабли наступили в свое время немцы.
Для чего люфтваффе реактивные машины, когда и Bf-109-й и FW-190 неплохо справлялись со своими задачами, или…передовейший, и как по мне выдающийся для своего времени ночной истребитель Не-219, который усилиями Мильха пытались заменить тысячами Bf-110, машины несомненно хорошей, но не выдающейся. Так думали фюрер, жирный маршал и главный по техническим вопросам в люфтваффе.
С другой стороны это и хорошо, что высшая элита Рейха и в частности лично фюрер, были ингибиторами принятия на вооружение германских ВС новых образцов вооружений.

Sobolek
Sobolek

Интересная тема.
Слышал, что Хеншеля зажимали, ибо он не был нацистом. Ну и внешность не особо арийская была;-)

Владимир
Владимир

Хейнкель. КБ Хейнкеля. Уж не знаю, какая у него внешность была.
Читал, когда Герингу доложили, что в люфтваффе евери достигают высот, Геринг возразил «в люфтваффе я решаю кто еврей».
Кстати, известный немецкий эксперт Герман Граф ну ни как на арица не тянет, а вот на армянина, или даже на еврея — запросто))

Опять же, непонятна логика людей. Если машина демонстрирует выдающиеся характеристики и технологична в производстве, отчего на машине ставят крест, в угоду хотя и отработанной, но устаревшей машине.

Sobolek
Sobolek

Заинтриговал. Теперь буду читать что это за вундерваффе he-219

Sobolek
Sobolek

А ставить крест на вполне приличных делах заставляют кумовство откаты и прочая #рень

Владимир
Владимир

Емнип на одном из предсерийных Не-219 то ли Штрайбер, то ли Майер, по-моему последний, известный немецкий эксперт — ночной истребитель (ночник) в одном из испытательных вылетов свалил пять тяжёлых английских бомбардировщиков, три Галифакса и два Ланкастера, или наоборот. В общем пилоты были в восторге от машины. Машина вообще необычная, инопланетная какая-то, в пятнистом камфле как «чужой»))