Воскресенье, 30.04.2017, 13:51
Приветствую Вас Гость | RSS
Авторизация
Вы вошли как: Гость

Меню сайта
Календарь
Статистика

SP:
Онлайн всего: 6
Гостей: 6
Пользователей: 0
Главная » 2011 » Декабрь » 2 » Германский вопрос не решен
22:54
Германский вопрос не решен
Германский вопрос не решен

Европа не прикована цепями к небосводу, евро тоже не вечен. Немцам в скором времени предстоит свидание со своей собственной историей. Как заявила федеральный канцлер, если рухнет евро, за ним последует Европа.

Тем самым она хочет заставить немцев идти курсом на «увеличение Европы», думать, действовать и платить по-европейски, а не по-немецки — и это невзирая на рискованные шаги, предпринятые с момента начала глобального финансового и европейского кризиса государственных долговых обязательств.

Одновременно она создает дополнительные возможности для шантажа южных столиц, где хоть и сыты по горло немецкими поучениями, но ожидают от Европейского центрального банка и федерального банка Германии чудес, и считают денежную эмиссию простительным прегрешением.

Считается, что, в крайнем случае, немцы вытащат Европу из нынешней неразберихи. То, что они все еще не открыли рецепт получения золота, не играет особой роли. Почему, следуя своим добродетелям — созидать, наводить порядок и экономить — немцы никогда не знают меры?

Однако, канцлер, как и оппозиция с ее показной щедростью по отношению к Европе, должна следить за тем, чтобы окончательно не потерять доверие своих граждан. Валюта, которой не доверяют, это не валюта, а лишь прошедшая печатный станок бумага. Худшее, что может случиться, это перенапряжение и дестабилизация Германии.

За денежной инфляцией следует обесценивание политики

Если исчезает вера в надежность валюты, то исчезает также вера в хорошее правительство, и даже в саму демократию. Если верить опыту 20-го столетия, то за девальвацией денежных средств последует обесценивание политики.

Именно такой опыт укрепил федеральный банк, позволяя ему давать гражданам больше уверенности, чем все политики, вместе взятые. Технократы в Афинах и Риме уже видят признаки потенциального будущего: политических и конституционных кризисов, неприятные подробности которых можно изучать по хроникам 20-го века.

Что касается курса на «увеличение Европы», то на практике он скоро может привести к ее сокращению. В Великобритании не только верхушка тори и возбужденные газеты, грезящие вернуть отданные Брюсселю суверенные права, но также и рассудительные голоса, не горят желанием «учить немецкий», если использовать цитату из неудачного заявления Каудера. Тем, кто стремится расширить Европу для возможного спасения валюты, следует осознать необходимую для этого цену.

Трагическая ирония заключается в том, что великий проект экономического и валютного союза, продвигавшийся в 80-е годы европейской комиссией во главе с французом Жаком Делором, скептически оцениваемый федеральным банком, но получивший ускорение сломом социализма в 1989-1990 годах, все больше превращается для рядового европейца из позолоченного пьедестала в железные жернова.

Во всяком случае, в том, что общая валюта стала ценой за согласие Франции на объединение Германии, только половина правды. Коля и Миттерана объединяла озабоченность тем, что после окончания холодной войны из своих могил могут подняться старые демоны европейского прошлого.

То, что страхи оказались не выдуманными, доказали и балканские войны 90-х годов, и поднятые ими коренные европейские антагонизмы, а также спад в Америке и противоречия в Европе. Коль и Миттеран искали, что противопоставить немецкому перевесу (парижские газеты в своих фантазиях дошли до «Четвертого рейха»), и нашли в общей валюте новые правила для достижения равновесия.

История с открытым концом

Франция потеряла статус победителя 1945-го года и свое участие в контроле четырех держав-победительниц над немецким вопросом, однако вернула тот валютно-политический суверенитет, который в 1983-м году — когда французский франк едва не рухнул при эксцессах парижских социалистов, — отдала под залог в федеральный банк.

Коль сознавал, что любая будущая европейская конструкция, которая будет базироваться на унижении Франции, не сможет быть устойчивой. Он полагал, что установленные в Маастрихте критерии — «никакой помощи от банкротства» для хронических должников и всесторонне заверенная независимость Европейского центрального банка — смогут уберечь союз от приключений и обесценивания валюты.

И вот пришло время узнать, что же из этого вышло — и не столько из-за терпения последующего немецкого правительства, сколько с его деятельным участием. Глобальный финансовый кризис и кризис с государственными долговыми обязательствами стран Южной Европы возвестили приход момента истины. У истории открытый конец. Но едва ли можно оценить разрушительную силу того, что стоит на кону.

Здесь действуют исторические силы, выходящие далеко за рамки общей валюты, такие, как маастрихтский договор 1991 года или лиссабонский договор об общей конституции. Речь идет об архитектуре Европы, точнее, об альтернативе: новая архитектура или хаотический распад. И на этот раз американцы не проявляют готовности к тому, чтобы спасти европейцев от последствий их ошибок. Америка занята своими собственными проблемами.

И немецкий вопрос снова стоит на повестке дня, на сей раз в экономическом и финансовом варианте. Но он никогда не затрагивал исключительно одну Германию. Слишком маленькая для гегемонии, слишком большая для равновесия — так сложилось еще с 30-летней войны и венского конгресса, с основания Бисмарком рейха и с версальского мира под диктатом победителей.

И после 1945 года в силе были слова одного итальянского премьер-министра: он так любит Германию, что хорошо, когда их две. Немецкий вопрос был упразднен в мировом конфликте, приведшем к господству Америки на море и советской империи на континенте. В 1989 году этому, однако, пришел конец, и должна была быть спроектирована новая структура, получившая всемирное признание.

Немецкий вопрос снова актуален

Без НАТО и Евросоюза вопрос, что же можно противопоставить объединенной Германии, остался бы без удовлетворительного ответа. Так возникла стратегия, приведшая к преждевременному созданию валютного союза, который нравился немецкой индустрии и в гораздо меньшей степени — простым немцам.

Полные надеждой политики говорили тогда об обществе, связанном самой судьбой. И вот немцы, наконец, поняли, что это не было просто речевым оборотом, а подразумевалось буквально. Речь уже давно идет о большем, чем о вопросах валюты. Немецкий вопрос снова актуален.

 

Справочная серия: «чудо-оружие» в борьбе с кризисом евро

Европейский центральный банк как ультимативный спаситель от кризиса

Самые резкие споры внутри и вне еврозоны ведутся о том, не передать ли ЕЦБ с его колоссальными ресурсами роль «кредитора в последней инстанции», и тем самым широко открыть ворота для неограниченной скупки облигаций кризисных государств зоны. Если Италия, с ее одной из крупнейших экономик в Европе, окажется в еще большей опасности, и даже Францию еще глубже затянет водоворот растущих процентов, лишь у ЕЦБ хватит средств, чтобы помочь в этой ситуации.

Без ЕЦБ грозит катастрофа

«Или массированное вмешательство ЕЦБ, или катастрофа», — примерно так высказался польский министр финансов Яцек Ростовски. Также и озабоченная заграница, как, например, президент США Барак Обама, настаивает на этом пути. Об этом же с федеральным канцлером Ангелой Меркель спорит и президент Франции Николя Саркози. Она, однако, по-прежнему резко против этого: кто считает, что все проблемы можно решить с помощью ЕЦБ, тот заблуждается, — таково ее кредо. Президент федерального банка Йенс Вайдман говорит о «монетарном государственном финансировании» посредством ЕЦБ. Однако, это прямо запрещено действующими договорами.

Еврокомиссия пытается решить проблему с помощью облигаций в евро

Еврокомиссия объявила о разработке концепции еврооблигаций, названной «займом для стабилизации». И в их отношении федеральное правительство заявило свое категорическое несогласие, в отличие от оппозиции. Еврокомиссия пытается привлечь немцев обещанием, что этот инструмент будет обязательно снабжен дополнительными правилами по регламентации бюджетной дисциплины, а также по координации экономики и политики.

Еврооблигации с пониженными процентами

Еврооблигации позволили бы пораженным кризисом государствам частично снизить давление чрезмерно высоких процентов за счет «якорей стабильности» еврозоны, к которым в первую очередь относится Германия, и которым пришлось бы платить более высокие проценты по займам. Если мы все еще выступаем за дальнейшую интеграцию стран еврозоны, говорят сторонники этого решения, то нужно использовать это как всеобщий инструмент во время кризиса, даже если он будет стоить немцам дополнительных расходов. Напротив, федеральное правительство опасается распределения долговой нагрузки на всех, а тем самым и ослабления бюджетной дисциплины среди стран — ненадежных членов зоны евро.

Увеличение фонда по спасению евро

Собственно, ключом для разрешения кризиса должно стать учреждение Европейского стабилизационного фонда (EFSF), который располагает более чем 250-ю миллиардами евро для осуществления дополнительных программ. С помощью двух так называемых «инструментов финансового рычага» и благодаря привлечению дополнительных инвестиционных средств из стран, обладающих большими валютными резервами, как Китай и Россия, он должен был получить в свое распоряжение свыше триллиона евро. Однако, похоже, что модель «рычага» не срабатывает.

И неэффективность этих моделей уже признана. А пытаться получить для фонда банковскую лицензию, чтобы уже с ней обратиться в ЕЦБ за необходимым количеством денег, немцы не хотят.

Усилить стабилизационный фонд

Но можно сделать стабфонд «боеспособнее», если отказаться от догмы, что фонд непременно должен получить высший рейтинг надежности для своих займов. Эта предпосылка, правда, обеспечивает ему благоприятные условия в получении рыночных кредитов, но зато обязывает держать свыше 300 миллиардов евро в качестве гарантийного резерва, который не может быть использован для кредитования. Если не претендовать на рейтинг «ААА», то часть этих резервов можно пустить на выдачу займов, или использовать их как базу для операций с предоставлением финансового рычага.

Больше помощи со стороны МВФ

Возможно, в квартете доступных инструментов есть еще один джокер: более эффективное использование Международного валютного фонда в борьбе с кризисом. Он может быть более полно использован как для учреждения стабфонда, так и другими путями. Крупные страны с переходной экономикой дали понять, что европейцам не стоит рассчитывать на их средства, если МВФ не будет задействован в расчетах. То же самое и на финансовых рынках: МВФ обладает степенью доверия, которую европейцы и их стабфонд уже утратили.



Ваша оценка:
голосовали 0
Категория: Экономика | Просмотров: 2876 | Теги: европа, Германия, Евросоюз
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем мультиблоге пользователем Aleks на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта - как это сделать, описано в том же Пользовательском Соглашении. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

Похожие материалы:
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]