17:14
Разведчики не видят cнов | |
Александр Козлов стал прообразом главного героя культовых советских фильмов "Путь в "Сатурн" и "Конец "Сатурна" ЖИТЕЛИ села Александровское, что на Ставрополье, приехали на Кубань, чтобы вручить Александру Козлову, легендарному двойному агенту, удостоверение почетного гражданина. Об удивительном советском разведчике, в годы Великой Отечественной войны перевербовывавшем курсантов разведшколы абвера и с их помощью передававшем в Москву ценнейшую информацию, сняты фильмы "Путь в "Сатурн" и "Конец "Сатурна". Но о подвиге своего односельчанина, который сейчас живет в кубанском городке Горячий Ключ, александровцы узнали лишь в конце 60-х годов. После войны Александр Козлов был репрессирован и предан забвению. Он согласился рассказать корреспонденту "Российской газеты" о том, что осталось за кадром фильмов и не вошло в книги о нем. Российская газета | Известность вам принесли фильмы о советской разведке "Путь в "Сатурн", "Конец "Сатурна", снятые Виленом Азаровым, где сыграли такие звезды отечественного кино, как Михаил Волков, Георгий Жженов... Александр Козлов: А мне эти фильмы не нравятся, потому что в них слишком много придумано. Но это мое мнение. Когда пригласили на съемки и предложили отредактировать сценарий, я перечеркнул все страницы: был не согласен с тем художественным вымыслом, которым напичкана картина. Доходит до смешного. Двойного агента Крамера, он же Крылов, которого в кино играл Михаил Волков, в кино сделали немцем Поволжья, так объясняя его знание немецкого языка. Но фашисты знали, что даже секретарей обкомов немецкой национальности в СССР отправили во время войны в ссылку. Во время съемок согласия у нас с режиссером не получилось. Кстати, после того, как фильм вышел на экраны, моей фамилии в титрах не оказалось, хотя я был консультантом, работал с актером Волковым, исполнявшим главную роль. РГ | Как вы на самом деле стали двойным агентом? Козлов: Я не был профессиональным разведчиком. Стать им меня заставила жизнь. Проникнуть в немецкую абвер-разведку профессионалу было невозможно. 17 абверкоманд создавались еще в начале войны. Каждая такая команда имела собственную разведшколу, в которой обучали агентуру. Агентов вербовали сами немцы в лагерях для военнопленных. Для этого туда засылались люди абвера, которые в течение месяца "надевали шкуру" военнопленных. Их так же били, они плохо питались, чтобы не выделяться. Зато потом после месячного срока вербовщиков отправляли отдыхать на побережье и выдавали солидные суммы. В лагерях они выявляли людей, пронемецки настроенных или имевших другую слабину, и докладывали начальству. Кандидатов отбирали и посылали в другой специальный лагерь. . После многочисленных проверок из самых интеллектуальных вербовали будущих курсантов разведшкол. И начинали их психологически обрабатывать Я попал в плен после разгрома партизанского отряда, которым руководил, вместе с беременной женой, это заинтересовало фашистов, они решили, что меня можно постоянно держать на крючке. Узнав, что меня вербуют, я увидел в этом возможность вернуться к своим. Другие бойцы не рисковали, потому что боялись репрессий и недоверия со стороны наших. Бывали случаи, когда пытавшихся вернуться на советскую сторону военнопленных не доводили до СМЕРШа (советская разведывательная организация, которая расшифровывалась как "Смерть шпионам"), расстреливали как шпионов. А мне было всего 22 года, и я ничего не боялся. У меня хватило бы и сил, и ума вернуться на родину. Но любимую жену Галю я не мог бросить, поэтому придумал свой план. Решил, что при первой же возможности во время выполнения задания для немцев проберусь к своим и предложу советской разведке свою схему: направить меня обратно в немецкую разведшколу, чтобы я мог передавать ценную информацию; В немецкой же разведшколе мне пообещали звание офицера и должность преподавателя, если проявлю себя хорошо во время выполнения заданий. Я сообразил, что это уникальный шанс. Немалую роль в том, что мне потом поверили в СМЕРШе, сыграло то, что в Москве тогда на лечении находился бывший командир партизанской дивизии, который воевал вместе со мной. И уже в 1942 году я был награжден орденом Красной Звезды. Но об этой награде я узнал спустя долгие годы уже после того, как был репрессирован на родине, отсидел в лагерях, а затем получил справку о реабилитации. Фашистам же и в голову не приходило, что ценные сведения, которые передавала перевербованная мною агентура, разрабатывал Генштаб СССР. Немцы считали перевербованных мною агентов чрезвычайно ценными, и группа была награждена высокими немецкими наградами. Но когда я вернулся после войны на родину, мне сказали, мол, группа работала под нашу диктовку еще до твоего появления. Это неправда.  Гауптман Меньшиков на пике своей карьеры в Абвере. РГ | Как в реальности вам удалось выйти на связь с советской разведкой и вернуться затем в немецкую разведшколу? Козлов: Мне доверили важнейшее задание; я должен был передать немецким радистам в Малаховке, подбрюшье Москвы, полмиллиона денег и питание для рации. Это была очень ценная для немцев группа, передававшая, к примеру, сведения о движении советских военных эшелонов. Ночью немецкий бомбардировщик поднялся на восток, выбросил меня в районе Тулы. Я благополучно высадился на опушке леса и приступил к выполнению своего плана. Специально не скрыл парашют на месте высадки. У меня был пистолет, освободил обойму от патронов, чтобы мне поверили, что явился с чистыми руками. Подошел к своим бойцам и попросил их отвести к своему командиру. Я был в советской военной форме. Командир роты отвел меня к начальнику штаба. Удостоверение капитана Раевского на шелковом полотне, чтобы не шелестело, которое мне выдали в разведшколе Абвера, точь-в-точь такое же, как было у наших разведчиков, стало пропуском. По цепочкея дошел до представителей советской контрразведки, которым рассказал о своем плане действий. И получил добро. Было предусмотрено, в расположение какой дивизии я должен перейти, чтобы вернуться назад к немцам - около Жиздры ночью, через передовую. Меня сопровождал товарищ из Москвы, начальник контрразведки. Трое крупных чинов также пришли на передовую. Мне приказали идти. Я пополз. Никакой серьезной подготовки для моего отхода к немцам не было. Я знал, что перед страху, как к зубной боли. Телефоном нельзя пользоваться, писать тоже - если перехватят, это вещдок. Даже с женой, к которой меня возили по выходным, был условный язык знаков -одно поглаживание рукой означало: осторожно! Подслушивающие устройства устанавливались везде. До сих пор думаю, что кто-то свыше мне помогал остаться невредимым. РГ: За что вас репрессировали Козлов: Как немецкий офицер в конце войны я попал в плен к американцам. Когда находился в плену, искал связь со своими. Знал, что они наши союзники. Однако как специалист понимал, что в разведке союзников нет. Табачок в этой сфере всегда врозь. Награды свои немецкие выбросил, потому что увидел, как с одного немца в американском лагере сорвали Золотой крест, который давали за личную храбрость. Составил легенду и сказал начальнику лагеря, что я военный разведчик, месяц назад был выброшен на самолете на западный берег реки Одер с целью установления оборонительной системы немцев, а потому прошу его предоставить мне возможность встретиться с моим командованием. Меня отвезли в Париж, в военную миссию. Оттуда сообщили в Москву. Прилетел самолет, который доставил на Родину. Но на Родине встретили неласково. Мне не поверили, решили, что я завербован американской разведкой. И в 1949 году арестовали. Крест недоверия я несу на себе до сих пор. Полтора года был в заключении: "Лефортово", Лубянка, "Бутырка", лагерь в Казахстане. Случайно встретил своего следователя через 30 лет в Вильнюсе. Хотел узнать, знал ли он о моих боевых наградах, когда судил меня. А тот струсил и отказался от разговора. А мне всего лишь хотелось знать, было ли ему известно, что я еще в 1942 году награжден орденом Красной Звезды. Мне этот орден вручили, когда я вернулся из мест заключения. Вернулся в родное село Александровское со штампом в военном билете, что был в плену. РГ: Но фильм о "Сатурне" и журналистские публикации все-таки изменили вашу жизнь? o Козлов: Нежданная слава вызвала зависть. Меня назначили начальником дорожно-эксплуатационного управления. Вздумал один чиновник построить роскошный стадион в нашем районе. Район богатый, так он решил обложить данью все организации и колхозы, составил проект, собрал дирекцию и бухгалтерию будущего стадиона. Открыли счет в банке и каждому руководителю назвали сумму, которую нужно перечислить. И мне приказали перечислить 30 тысяч рублей, по тем временам болыпие деньги. А дорога строится республиканского значения. Ни одной копейки я не имел права по закону никуда отчислять. Мне сказали, что если перечислять деньги не буду, то другой перечислит. А должности лишат, несмотря на мои заслуги. Я все равно отказался: "Нет,- говорю, - 25 рублей своих могу положить, а государственные нельзя". Так я лишился должности. Уехал на Кубань. Здесь, работая в парткоме, обнаружил махинации на одном из предприятий. Попытался их обнародовать, чем вызвал недовольство местных властей. Так что и в Горячем Ключе в те времена я не пришелся ко двору. А сейчас вот цветы мне подарили к юбилею. Есть мой бюст в музее. РГ| Снятся ли вам сны о войне? Козлов: В разведшколе я заставлял себя просыпаться, если только что-то начинало сниться, потому что нечаянно мог проговориться. Не вижу снов и до сих пор. Елена Лубинец "РОССИЙСКАЯ ГАЗЕТА. КРАСНОДАРСКИЙ КРАЙ А.И.Козлов консультирует артиста М.Д.Волкова 
Источник - http://www.warmech.ru/smersh/kozlov1.html
| |
|
| |
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем мультиблоге пользователем sergii на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения.
Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта - как это сделать,
описано в том же Пользовательском Соглашении. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.
| Всего комментариев: 3 | ||||
| ||||
