О выступлении Сталина в метро

6 ноября 1941 года в осаждённой Москве, на станции метро «Маяковская», произошло событие, которое у нас ныне почему-то нечасто вспоминают – торжественное заседание Моссовета, посвящённое 24-й годовщине Великой Октябрьской революции. С речью выступит Сталин – и это выступление (на следующий день переданное по радио и разошедшееся многомиллионным тиражом «Правды») представляется чрезвычайно важным.

(Гораздо более известна речь Сталина на Московском Параде следующего, 7 ноября, объявленного у нас Днём воинской славы – но, в сущности, она была кратким пересказом сказанного в московской подземке).

Некоторые «постперестроечные» историки пренебрежительно упоминают, что текст вождя «полон пропагандистских штампов»… так это и была пропаганда от первого до последнего слова!.. Что нужно было услышать воюющей стране, если не уверенное «немцы не так сильны» и «победа будет за нами»?.. Да ещё и от первого лица – не будем преуменьшать доверия, которое испытывал советский народ к своему лидеру. (Это в последующей историографии нам попытаются навязать фантасмагорическую концепцию: «войну выиграл народ – вопреки бездарным командирам и преступнику-Сталину»…)

Психологический смысл этих мероприятий – заседания и последовавшего парада – был очевиден: враг у ворот столицы, а мы традиционно отмечаем годовщину революции – мир не рухнул!.. (Заметим – не меньшее значение имело решение Сталина остаться в Москве. Судя по источникам (и вопреки позднейшим спекуляциям) он не только никуда не собирался уезжать, но и не раз бывал на передовой… кстати, именно Сталин запретит Жукову переносить штаб в черту города – подальше от этой самой передовой).

О чём же говорил главнокомандующий собравшимся на перроне «Маяковской» – а, в сущности, всей стране?..

За недостатком места, процитируем только основные тезисы. Для начала – честная и адекватная оценка угрозы: «…в итоге 4-х месяцев войны… опасность не только не ослабла, а, наоборот, еще более усилилась». Сталин перечисляет потерянные территории: «Враг захватил большую часть Украины, Белоруссию, Молдавию, Литву, Латвию, Эстонию… навис черной тучей над Ленинградом, угрожает нашей славной столице – Москве».

Во-вторых, сообщение о потерях: «…мы потеряли убитыми 350 тысяч и пропавшими без вести 378 тысяч человек, а раненых имеем 1 миллион 20 тысяч человек. За этот же период враг потерял убитыми, ранеными и пленными более 4 с половиной миллионов человек».

«Ложь, ложь!..» – с какой-то странной радостью восклицают в этом месте некоторые историографы «нового времени»… По форме, так и есть – но много ли мы найдём в хрониках примеров завышения своих потерь, и занижения вражеских?.. А вот по сути – бесспорно, прав Сталин: «…Германия, людские резервы которой уже иссякают, оказалась значительно более ослабленной, чем Советский Союз, резервы которого только теперь разворачиваются в полном объёме».

Далее главнокомандующий констатирует фактический провал «блицкрига» – начиная войну, немцы рассчитывали, что Советский Союз останется в одиночестве, однако: «…СССР не только не оказался изолированным, а, наоборот, приобрёл новых союзников в лице Великобритании, США и других стран…» С другой стороны, предполагалось, что в результате первых поражений страна развалится из-за внутренних противоречий. Но: «Неудачи Красной Армии… превратили семью народов СССР в единый, нерушимый лагерь… Никогда еще советский тыл не был так прочен, как теперь».

(Всё было так – именно осознав, что Союз не собирается, подобно континентальной Европе, сложить оружие за пару недель, англосаксы решатся нас поддержать – а японцы откажутся от идеи нападения).

Речь заходит и о моральном преимуществе Красной Армии, но здесь нам кажется уместным процитировать не Сталина, а одного из германских генералов: «Когда мы вплотную подошли к Москве, настроение наших командиров и войск вдруг резко изменилось. С удивлением и разочарованием мы обнаружили в октябре и начале ноября, что разгромленные русские вовсе не перестали существовать как военная сила. В течение последних недель сопротивление противника усилилось, и напряжение боёв с каждым днем возрастало… Стали раздаваться саркастические замечания по адресу военных руководителей, восседавших в Берлине».

В речи Верховного Главнокомандующего ещё много важного, но подчеркнём: главное, что услышали в ней миллионы советских людей – это мощный посыл делать всё для победы – и спокойную уверенность в её неизбежности. Уже через месяц начнётся контрнаступление под Москвой. Историографы никак не могут определиться – какая из битв Великой Отечественной стала переломной: возможно – это было слово…

P.S. …Любопытная житейская деталь из воспоминаний сталинского телохранителя Власика: «Спускаясь по эскалатору на Торжественное заседание, т. Сталин посмотрел на меня… и сказал: «Вот у тебя на папахе звезда, а у меня её нет. Всё-таки, знаешь, неудобно – главнокомандующий, а одет не по форме…ты уж достань мне, пожалуйста, звезду».

P.P.S. …По некоторым источникам, незадолго до собрания в Сталина стреляли – некий рядовой ПВО открыл огонь по выезжавшему из Кремля кортежу, но только разбил фару машины Микояна. Впрочем, это – совсем другая история.

 

Материал: shatff
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Linda на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@newru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.
Поделиться с друзьями:

Читайте также:

  Subscribe  
вверху новые вверху старые
Оповестить
ironback
ironback

Про стрелка читал как-то. Из семьи то ли репрессированных, то ли раскулаченных. Специально с оружием ходил к Кремлю, все мечтал поквитаться, народоволец недоделанный.