В шаге от известности

История изобретателя фотографии, который не стал первым.

В 1839 году вся Европа обсуждала изобретение Луи Дагера — дагеротипию, сегодня считающуюся главным прорывом в фотографии. Для английского ученого Генри Тальбота это стало настоящим ударом: он тоже придумал, как фотографировать, но не успел об этом рассказать. История открытия и поражения Тальбота — в 20 письмах.

Как это часто бывает с важными изобретениями, назвать имя одного человека, придумавшего фотографию, невозможно. У ее истоков стояли Жозеф и Исидор Ньепсы,  Луи Дагер, Ипполит Байар, Джон Гершель — и английский аристо­крат Уильям Генри Фокс Тальбот, математик, физик, член парламента, сделавший от изображений, получаемых камерой-обскурой , шаг к позитивно-негативному процессу и идее тиражирования снимков: и то и другое лежит в основе аналоговой фотографии.

Генри Тальбот с камерой и объективом. Фотография Джона Моффата. Эдинбург, 1864 год National Media Museum, Bradford

В 1833 году Генри Тальбот, отдыхая на озере Комо, попы­тался передать неве­роятную красоту пейзажа с помощью камеры-люциды , но понял, что не мо­жет этого сделать: «Когда я отвел глаз от призмы, в которой все выглядело прекрасным, я обнаружил, что предательский карандаш остав­ляет на бумаге лишь следы, приводящие в уныние».

Камера-люцида — конструкция с приз­мой; обычно ее крепили на планшете или моль­берте, чтобы точнее передавать изобра­жае­мый объект: это выглядело так.

Великим художником Тальбот не был, но за следующие несколько лет, прерываясь на работу в пар­ламенте, решение математических задач и исследования оптики, он изобрел калотипию, или таль­ботипию: сначала Тальбот придумал, как нужно подго­товить бумагу, чтобы она стала чувствительной к свету; затем — как зафик­сировать изобра­жение, чтобы оно не выцветало; и, наконец, вместе со своим давним другом и кол­легой Джоном Гершелем (который, кстати, и придумал использовать слова «фотография», «позитив» и «негатив») — как сделать так, чтобы с одного негатива можно было получить много позитивов. «Полагаю, это первый в исто­рии случай, когда дом нарисовал свой собствен­ный портрет» — так Тальбот опи­сывал собственное изобретение.

Тальбот собирался сообщить о своем изобретении научному сообществу, но мед­лил, совершенствуя процесс. И в 1839 году его ждал настоящий удар: 7 января на заседании Французской академии наук физик Франсуа Араго объ­явил об изобретении неким художником Луи Дагером дагеротипии — тех­ники получения изображений с помощью камеры-обскуры и их закрепления. Таль­бот понял, что, если он не­медлен­но не обнародует собствен­ное изобре­тение, все лавры достанутся Дагеру — и Франции.

Следующие несколько лет Тальбот с переменным успехом пытался доказать, что его изобретение автономно, подавал на патент, судился, получил репута­цию склочного ученого, тормозящего научный процесс, и, наконец, отказался от права на свое изобретение.

За событиями драматичного для Генри Тальбота и истории фотографии 1839 го­­­да можно проследить по личным и деловым письмам ученого. Еще восьмилетним мальчиком Тальбот попросил отчима передать маме и всем, кому он пишет письма, «хранить и не сжигать их». С тех пор он и сам, судя по всему, не уничтожил ни одного из полученных и написанных им пи­сем: их сохранилось около десяти тысяч. На фоне такой активной переписки нельзя не заметить одного удивительного факта: в архивах нет ни одного письма Тальбота, адресованного Дагеру, или Дагера — Тальботу.

Камера-обскура — предшественница фото­камеры, позволяющая получать оптическое изображение объектов. Представляет собой светонепроницае­мый  ящик с отверстием на одной из стенок и экраном, сделанным из ма­тового стекла на противоположной стене.

29 января 1839 года
От:Генри Тальбота
Кому: Жану Батисту Био и Франсуа Араго

Господа,

Через несколько дней я направлю в [Парижскую] академию наук официальное притязание на приоритет в связи с обнародованным изобретением г-на Дагера по двум основным пунктам:

1. Фиксация изображений, полученных посредством камеры-обскуры.

2. Последующее закрепление этих изображений, позволяющее им сохраняться под воздействием прямого солнечного света.

Также я пишу по указанному вопросу работу, которую собираюсь представить на заседании Королевского общества . Этим письмом прошу вас принять уверение в моем совершеннейшем почтении.

У. Ф. Тальбот, член Королевского общества

Уильям Генри Фокс Тальбот. Ателье Николаса Хеннемана в Рединге. 1846 год

30 января 1839 года
От:Генри Тальбота
Кому: Уильяму Джердану

Милостивый государь,

С удовольствием выполняю Вашу просьбу рассказать подробнее об изобрете­нии, о котором я доложил Королевскому обществу, а именно об искусстве фотогенного рисования или получении рисунков и изображений природных объектов посредством солнечного света. <…>

Хотя я вовсе не согласен с тем, что «всем правит случай в делах человече­ских»,  но все же не могу не думать о том, что на мою долю выпала весьма редкая случайность (или несчастье). Я потратил много труда и сил на усовершенство­вание своего изобретения, и когда довел его, как мне кажется, до уровня, на ко­тором оно заслуживает внимания научного мира, и занялся его описанием, дабы представить на суд Королевского общества, — именно в этот момент то же изобретение было обнародовано во Франции.

С учетом этих обстоятельств и по совету моих друзей-ученых я немедленно собрал те образцы своего процесса, которые имел с собой в Лондоне, и выста­вил их для публичного обозрения на заседании Королевского института  . Пись­менный же мой доклад для Королевского общества задержался, по при­чине своего объема, до последующей недели  .

Шаги эти я предпринял не ради состязания с г-ном Дагером или улучшения его процессов (о которых мне ничего не известно, но я готов поверить всем похва­лам Био и Араго), но для того лишь, чтобы предотвратить последующие утвер­ждения о том, что я позаимствовал свою идею у него или что я обязан ему или еще кому-либо в способах преодоления основных затруднений.

<…>

Я не обнаружил в докладе г-на Араго указаний на то, что картины г-на Дагера выдерживают испытание временем. Мои изображения сохраняются от трех до четырех лет.

<…>

До определенного момента камера-обскура и камера-люцида — превосходные изобретения, однако их полезность не безгранична. Они помогают художнику в его труде, но не работают вместо него. Они не освобождают его от необхо­димости тратить время, использовать свои умения и уделять работе внимание. Они могут лишь направлять его взгляд и исправлять ошибки, но рисовать художник должен сам.

Новое изобретение полностью отличается от прежних именно в этом отноше­нии: с ним изображение создает не художник — изображение создает само себя. Все, что нужно сделать художнику, — это установить прибор перед пред­метом, изображение которого ему необходимо, а затем оставить все на месте на определенное время, более или менее продолжительное, в зависимости от обстоятельств. По истечении этого времени художник возвращается и за­бирает изображение в законченном виде. Орудием этого действия выступает солнечный свет, попадая через линзу на особым образом подготовленную бумагу и запечатлевая на ней образ предмета, расположенного перед ним.

Именно в этом крайне любопытном факте состоит сама основа этого искусства: существует вещество настолько чувствительное к свету, что может получать даже самые слабые его отпечатки.

<…>

Однако чтобы получать отпечатки внешних объектов, недостаточно лишь того, чтобы бумага была достаточно чувствительной; необходимо также, чтобы, получив их, она могла бы их сохранить, а также чтобы она оставалась нечув­стви­тельной по отношению к другим объектам, на которые она может быть впоследствии направлена. Такая необходимость очевидна, ибо иначе вновь полученный отпечаток смешивался бы с предыдущими и уничтожал их.

Среди образцов этого искусства, которые я выставил в Королевском институте, были… различные изображения архитектурных деталей моего сельского дома; все они были произведены с помощью камеры-обскуры летом 1835 года. Пола­гаю, это первый в истории случай, когда дом нарисовал свой собственный пор­трет. Если сказать человеку, не знакомому с процессом, что ничего из этого не было нарисовано вручную, он решит, что тут работал джинн из лампы Аладдина. И можно, пожалуй, сказать, что это и есть явление такого рода. Что мы имеем дело с небольшим волшебством — волшебством природы.

<…>

Я лишь утверждаю, что дал этому новому Искусству прочный фундамент. Само здание предстоит возвести рукам более искусным, чем мои.

Остаюсь Вашим, милостивый государь, и прочая

31 января 1839 года
От:Жана Батиста Био
Кому: Генри Тальботу

Сэр,

Я только что получил письмо, которое Вы оказали мне честь написать, чтобы сообщить о своем намерении направить в скором времени официальное при­тязание на приоритет в [Парижскую] академию наук в связи с обнародованием изобретения г-на Дагера.

Вы, у меня нет ни малейших сомнений, примете мои заверения в том, что я никогда не осмелился бы преждевременно составить собственное мнение по столь деликатному вопросу, но в интересах истины имею сообщить Вам, что друзьям г-на Дагера известны его неустанные труды над этими исследования­ми в течение четырнадцати лет, и я могу лично поручиться за то, что он сооб­щал мне о них несколько лет назад. Более того, он сохранил и показывал нам множество более или менее успешных результатов, полученных им при помощи различных процессов, пока он не открыл тот, что использует сейчас. Его результаты поражают всех наших художников своим совершенством и Тонкостью.

<…>

Наконец, он открыл весь свой секрет целиком г-ну Араго, человеку слишком широкого кругозора и великой щедрости, чтобы иметь какие-либо предрас­судки по отношению к иностранцам. Без дальнейших промедлений спешу отправить Вам, сэр, эти уверения с тем, чтобы Вы сами могли оценить факты, в них изложенные. Мною двигало как глубокое уважение, испытываемое мною к Вашим прежним трудам по оптике, так и доверие, которое Вы ко мне питаете.

Имею честь оставаться, сэр, Вашим смиренным и покорным слугою,

Ж. Б. Био, Академия наук

Уильям Генри Фокс Тальбот. Кружево. 1845 год

3 февраля 1839 года
От:Элизабет Терезы Филдинг
Кому: Генри Тальботу

Дорогой Генри!

Будет просто замечательно, если изобретение Дагера окажется совсем непохо­жим на твое. Но что толку было держать его в секрете пять лет, пока наконец не объявился соперник? Если бы ты рассказал о нем год назад, не было бы никаких сомнений или обсуждений, а теперь люди, которые не знают никаких подробностей открытия, решат, что оно не оригинально.

<…>

Твоя
Э. Ф.

Уильям Генри Фокс Тальбот. Лестница. Апрель 1844 года

10 ноября 1839 года
От:Генри Тальбота
Кому: Джону Гершелю

Мой дорогой друг,Прилагаю небольшое изображение интерьера одной из комнат в этом доме, с бюстом Патрокла на столе. В это время года не хватает света для интерьеров, но я намерен сделать еще несколько попыток. Полагаю, что изображение книжной полки получается очень любопытным и характерным: особенно заметны разные книжные переплеты, которые создают интересную иллюзию даже в несовершенном исполнении. Я собираюсь запросить у городских властей сведения о том, представил ли Дагер описание для своего патента. У него есть на это шесть месяцев, но этот срок почти истек . Последнее, что я об этом слышал, — это что он через своего агента обратился к лорду-канц­леру с просьбой о судебном запрете на демонстрацию его процесса в галерее «Аделаида», однако лорд-канцлер отказался сделать это. Не знаю, означает ли это, что патент не будет подтвержден.<…>

Ваш метод получения изображений посредством камеры в принципе полно­стью схож с тем, что я применял последние несколько месяцев, часто с боль­шим успехом, хотя и отличается от него в некоторых деталях. Я прилагаю несколько образцов своей бумаги, которую нужно промыть в нитрате серебра для придания ей чувствительности; был бы рад, если бы Вы прислали мне свои, чтобы можно было провести точное сравнение их чувствительности и других качеств. Полагаю, они отличаются в одном отношении: Вы говорите, что, если Вашу бумагу промыть в серебряном растворе и не использовать сразу, она темнеет, в то время как моя остается белой, но теряет чувствительность, поэтому при использовании ее нужно промыть еще раз.

Я против слишком поспешного обнародования этого метода, поскольку убежден, что мы только стоим на пороге того, что может быть достигнуто. Хотя совершенство французского метода Фотографии невозможно превзойти в некоторых отношениях, в других англичане решительно выигрывают: напри­мер, в возможности тиражирования копий и, соответственно, издания книг с фотографическими иллюстрациями.

<…>

Искренне Ваш,
Г. Ф. Тальбот

Уильям Генри Фокс Тальбот. Лист. Около 1839 года

***

Я не стала приводить всю переписку. Из приведенных документов ясно, что Тальбот почти пять лет скрывал свои работы и свое изобретение. Добиться правды позже ему не удалось.

Источник материала
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Linda на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@newru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.
Поделиться с друзьями:

Читайте также:

Сортировка:   вверху новые | вверху старые
Henren
Henren

Занимательно.

Gena
Gena

Кто первый встал-того и тапки. Тальбот- эстонец финского темперамента.