Грузия: политическая модель выживания государства. Часть 2
Грузия в Российской Империи
К 1810 году вся так или иначе вся «грузинская» Грузия оказывается во власти Российской короны. Где-то это проходит добровольно, где-то под влиянием обстоятельств. Что интересно, и здесь грузинская модель поведения не дает сбоев — через 10 лет после Ираклия II, его ошибку повторяет царь Имеретии Соломон – он подписывает договор о протекторате с Россией, но продолжает активные переговоры о таком же протекторате с Турцией — в результате теряет власть, бежит в так любимую ему Турцию, а Имеретинское царство упраздняется и становится основой Кутаисской губернии.
Впервые за несколько столетий все грузинские княжества оказываются в составе одного государства. Но территориальный вопрос на этом не останавливается – сбывается многовековая грузинская мечта – собирание земель. Российское государство понемногу собирает старые грузинские земли, утерянные картвелами за несколько столетий до того – Ахалцихе, Ахалкалаки, Саингило, Самцхе-Джавахетию, Аджарию и др. и вводит их в состав грузинских губерний. В боях за эти земли гибнет около 20 000 русских солдат.
Во чреве России начинает вызревать единая грузинская нация. Много веков, по крайней мере с XIV века, историки, этнографы и путешественники не говорили о грузинах, как о единой нации, называя картвел «грузинские народы» и видя очень значительную разницу между гурийцами, мингрелами, кахетинцами, сванами и т.д. Помещенные в единые условия, управляемые одинаковыми законами, грузинские народности постепенно начинают приобретать черты действительно единого народа.
Грузины уравниваются в правах с остальными российскими подданными. От этого российская аристократия сразу взрывается – на территории с населением в триста тысяч человек князей и дворян оказывается немногим меньше чем во всей пятидесятимиллионной России. В процессе вхождения грузинского народа в российскую орбиту аристократия играет лидирующую роль. Как и при персах, за немногими исключениями, практически вся она переходит на службу короне. От знатных грузинских фамилий в свите Императора, в Гвардии, да и вообще на высших постах российской администрации просто рябит в глазах – князья Шервашидзе, Чавчавадзе, Церетели, Орбелиани, Мачабели, Абашидзе и т.д. Многие из них оставили свой след в русской истории, как например потомок грузинских царей князь Петр Багратион, с упоминания которого мы начали эту главу. Грузинская знать роднится с известнейшими русскими родами, и если раньше царь картвелов Вахтанг Горгасали — Волкоголовый – мог сказать, что он наполовину перс, то теперь наследник Российского престола – Великий князь Георгий Романов может сказать, что он на четверть грузин (его бабушка – Великая княгиня Леонида Георгиевна происходит из рода Багратион-Мухранских).
Вхождение в состав России изменяет не только политическую, но и культурную ориентацию грузин. Если раньше она воспитывалась на византийских и персидских традициях, то теперь культура грузин лежит в европейской, в российской сфере. В обществе выделяется и становится популярной группа талантливых молодых людей, строящих грузинскую культуру под воздействием передовых идей российского общества. Представителей группы называют «тергдалеули» – «испившие воду Терека», то есть побывавшие в России и проникнувшиеся её идеями.
В XIX веке степень проникновения грузин в жизнь России становится настолько велика, что они начинают русифицировать имена и фамилии. Абсолютно тот же процесс наблюдался в течение нескольких веков, только раньше они изменяли имена и фамилии на турецкий и персидский лад. Например, Сефер-бей Шервашидзе – владетельный князь Абхазии или Ростом – начальник гвардии шаха Аббаса, потом управляющий Исфагана, а потом и царь Картли и строитель Тбилиси. Процесс русификации приобретает немалый размах. Только известных грузин, изменивших свои имена – десятки: Цициановы (грузинский княжеский род, изначально Цицишвили), Мазниев (генерал русской службы Мазниашвили), Баратовы (княжеский род Бараташвили, давший многих известных российских военачальников, поэтов и историков, например генерала Николая Баратова, героя Первой мировой войны, командира Иранского корпуса Кавказской Армии, Сулхана Баратова – автора известной «Истории Грузии», изданной в Санкт-Петербурге в 1871 году), Андрониковы (известнейший княжеский род Андроникашвили, давший уже в наше время великолепного писателя и литературоведа Ираклия Андроникова) и т.д.
В ХIX веке в российском обществе понемногу начинает складываться отношение к грузинам, которое будет потом характерно до самого конца века ХХ. Это отношение нельзя назвать просто хорошим или приятельским. Не будет преувеличением сказать, что такое чувство не испытывалось ни к одному другому народу. Это была влюбленность, восторженность, уважение на грани восхищения. Каждый образованный человек знал и мог цитировать «Витязя в тигровой шкуре»; русские поэты Пушкин, Лермонтов и другие посещали Грузию; строки «Не пой, красавица, при мне ты песен Грузии печальной», «И божья благодать сошла на Грузию! Она цвела» стали чуть ли не символом российской поэзии. Грузин холили, берегли и лелеяли. Чего стоит, например, запрет Николая II на разведение в Грузии чая из тех соображений, что чай чрезвычайно трудоемкая «плантаторская» культура и он не хочет, чтобы грузины изнуряли себя на чайных плантациях, поэтому чай государь император предпочитал покупать в Китае.
Россия традиционно тратила на развитие Тифлисской и Кутаисской губерний гораздо больше средств, чем собирала с них доходов, тем самым напрямую дотируя Грузию. Против этого неоднократно выступал легендарный российский министр финансов, а потом и премьер – граф С. Ю. Витте, который высказывался против идеи Государя по снижению и без того символических налогов грузинских губерний.
Даже в случаях открытого противостояния грузин царской власти отношение к ним все равно было намного более снисходительным и щадящим. Вспомним расправы императорской власти над декабристами, польскими повстанцами, петрашевцами и т.д. В случае с грузинами не было ни виселиц, ни пожизненной сибирской каторги, ни лишения дворянства с переламыванием шпаг над головой. Участники раскрытого в Тифлисе в 1832 году антиправительственного заговора были арестованы, сосланы в благополучные регионы, вроде Калуги и Тамбова, и буквально через несколько лет помилованы с полным восстановлением в правах. Многие из них потом сделали блестящую, абсолютно не рядовую карьеру по военной или административной линии. Так, один из лидеров заговора князь Вахтанг Орбелиани, кстати, внук Ираклия II, впоследствии получил чин генерал-лейтенанта, а его родственник Григол Орбелиани, который придерживался наиболее радикальной и антироссийской позиции, стал генерал-адъютантом и одно время даже исполнял обязанности наместника царя на Кавказе. Ну разве можем мы представить, чтобы «кровавый» царизм вместо виселицы сослал Сергея Муравьева-Апостола в Калугу, через три года простил и еще через несколько лет дал генеральский чин? Это абсурд! Но в случае с Грузией – это реальность.
Такая ситуация продолжалась ни много ни мало до начала ХХ века, когда, повторяя судьбу Ирана и Турции, уже новый покровитель Грузии – Российская Империя, тоже начинает слабеть. В 1905 году Россия проигрывает войну с Японией, страну начинают раздирать политические волнения, 300-летняя монархия сдает позиции, несколько раз созывает и распускает Думу, страну лихорадит. Начавшаяся в 1914 году Великая война сначала мобилизует общество, но затем неудачи на фронте и экономические неурядицы приводят к катастрофе. Армия разваливается, в стране происходит череда восстаний и переворотов, часть которых долгое время называлась революциями, Николай II отрекается, повсюду царит разброд и шатание.
Хозяин ослабел. Он уже не мог исполнять для грузинского народа ту функцию, которую позднее американцы назовут «safe harbor» – счастливое пристанище. Новая ситуация заключала в себе ряд угроз, но, как и с персами, несла интересные возможности. С одной стороны, возможности для грузин в российском государстве уменьшались и увеличивалась опасность со стороны Турции – страны, сохранившей боеспособную армию и притязания на Закавказье. С другой стороны, появлялась перспектива расширить грузинскую территорию за счет земель старого хозяина.
Грузия в период Меньшевистской республики
Я намеренно не пишу о возможности «освободиться от покровительства» и стать независимым государством. Такого пункта в грузинской политической парадигме (за одним слабым исключением полуромантического 1832 года) не существует. По крайней мере, последние 450 лет истории не дают нам ни такого примера, ни даже желания таковой пример создать. Подобно старым грузинским князьям, Грузия начинает искать нового покровителя. Претендентами на эту роль в то время являлись старые хозяева – Турция и Иран, а также Англия и Германия. Турцию и Иран можно было отмести сразу – Иран сам был слаб и оккупирован Англией, а интересы Турции полностью противоречили грузинским. Англия была сильно занята военными делами и особого интереса в покровительстве Грузии не проявляла. А вот в случае с Германией наметилось удивительное совпадение интересов. Дело в том, что увязшая войне, не имевшая колоний, а значит, и существенных сырьевых ресурсов, Германия остро нуждалась в полезных ископаемых для своей военной промышленности. И Грузия опять начинает звать!
Еще находясь в составе Закавказской Республики, Грузия начинает закулисные переговоры с Германией по поводу создания на Кавказе отдельного, подконтрольного немцам государства. Весной 1918 года в германский МИД направляется сообщение следующего содержания: «При определенных обстоятельствах Грузия обратится к германскому правительству с просьбой инкорпорировать ее в германский рейх в качестве либо федерального государства, управляемого германским принцем, либо на условиях, подобных управлению британских доминионов, при контроле со стороны германского вице-короля».
Грузинским вопросом со стороны Германии занимается представитель одного из самых древних немецких родов – потомок рыцарей-крестоносцев граф Фридрих фон Шуленбург – тот самый, что потом будет послом фашистской Германии в СССР. 22 июня 1941 года объявит Вячеславу Молотову о начале войны, а еще через три года будет повешен как участник заговора против Гитлера. Пользуясь тем, что фон Шуленбург с 1911-го по 1914 год возглавлял немецкое консульство в Тифлисе и находился в курсе грузинской ситуации, в начале 1918 года Кайзер посылает его в Грузию в составе немецкой делегации в качестве «серого кардинала», отвечающего за успех предприятия.
Степень подчиненности грузин Германии в то время просто поражает. Ни о каком «равноправном партнерстве» с немцами, как это любят представлять современные грузинские историки, нет и речи. По сути немцы выполняют функции грузинского МИДа или верховной власти вообще. Так, фон Шуленбург лично пишет документ о выходе Грузии из состава России, составляет текст грузинско-немецкого договора о сотрудничестве, включает в него все существенные на его взгляд условия и т.д.
И вот 13 мая 1918 года Грузия объявляет о выходе из Закавказской Республики. Два дня спустя, 15 мая, в Поти высаживаются первые подразделения кайзеровских войск. 26 мая Грузия объявляет о своей независимости, а 28 мая Берлин эту независимость признаёт. К этому времени на земле Царицы Тамары находится уже больше 7 тысяч немецких солдат, а германские гарнизоны располагаются по всей территории страны. Немцы берут под контроль самые важные объекты инфраструктуры, начинают формировать, оснащать и обучать грузинскую армию. Ной Жордания распространяет сообщение:«Грузинское правительство доводит до сведения населения, что прибывшие в Тифлис германские войска приглашены самим правительством Грузии и имеют своей задачей защищать, в полном согласии и по указаниям правительства, границы Грузинской демократической республики. Часть этих войск уже отправлена в Борчалинский уезд для очищения его от банд разбойников».
Ничего из времен Ираклия II не напоминает? Например, «азиатическую музыку» и батальоны Мерлина и Квашнина-Самарина? Под бандами разбойников, кстати, имеются в виду азербайджанцы, с которыми у Грузии, как когда-то с их предками гянджинцами, моментально возник спор по поводу территории.
В соответствии с договором, составленным фон Шуленбургом, Грузия превращается в сырьевой придаток Кайзеровской Германии. Немцы получают марганцевые, медные рудники, пор