Коммунисты оживили Пушкина
Наивная фантастика СССР 60-х годов временами просто напрашивается на деконструкцию и перевод ее от розовых соплей к несоциалистическому реализму и настоящим драмам быта.
Помню я, к примеру, рассказ о том, как по стихам в далеком коммунистическом будущем оживили Пушкина. Слезы умиления, все счастливы.
Сомнительную исходную предпосылку рассказа мы сейчас обсуждать не будем, какой-то фантастический элемент должен же быть. А тут даже с налетом некоторой научности. Но введем туда элемент социального реализма.
Мы ведь знаем, что образы классиков крайне залакированы и напудрены, а в жизни помимо творчества они были самыми обычными людьми, да еще нередко очень противными. И вот в будущем оживляют бронзового Хлопушкина — а он бабник, алкаш и картёжник.
И вот он обнаруживает вокруг себя коммунистическое общество с целомудренным отношениям к товарищам женщинам, а сами женщины уважают только ломовых битюгов с мускулами и горячими идеями, а не каких-то бонвиванов, шепчущих сальности в ухо. Карты и вообще азартные игры давно отменены, поскольку все вокруг очень правильные и свои эмоции тратят на покорение природы. Об алкоголе и речи нет — благодаря биоблокаде он уже тысячу лет ни на кого вообще не действует и начисто забыт.
И что же в рассказе будет дальше? Конечно же, любящее и заботливое коммунистическое общество будет пытаться перевоспитывать Хлопушкина — любовью и заботой, а он ни в какую. И будет это продолжаться так долго, что в конце концов даже любящее общество не выдержит — и подошлет к нему оживлённого Дантеса с музейным пистолем еще раз.
Вот смеху-то будет!
