Куда армянину податься

Армения и Великобритания заключили декларацию о стратегическом партнерстве. Подписание документа состоялось между премьерами Николом Пашиняном и Киром Стармером в Ереване.

«С сегодняшней совместной декларацией с Киром Стармером о стратегическом партнерстве между Арменией и Соединенным Королевством мы открываем новую и многообещающую главу в отношениях, основанных на общих ценностях и укрепленном сотрудничестве», – написал Пашинян в X.

Сергей Изотов рассказывает, что там будет по Армении (вне зависимости от Пашиняна, кстати):

1. Постсоветского пространства больше не существует. Оно закончилось.

2. Россия как центр постсоветского пространства по постсоветской же инерции — тоже закончилась. Теперь недостаточно быть «центром» «ну просто потому что так же раньше было, это естественно».

3. Проект интеграции ЕАЭС — был попыткой европеизации наоборот и выстраивания своего «свободного пространства». Но:

а) у ЕС была чёткая ценностная рамка и трансляция этой рамки;
б) курс на закрытость ради безопасности сложно совмещать с интеграцией — тем более сложно с ней совмещать западные санкции, отрезающие Россию от важных рынков.

4. При этом экономическая данность географии никуда не денется. Рвать связи никто не станет. Но механизм влияния и сборки пространства вокруг себя должен поменяться. Должна появиться транслируемая альтернатива, которую разделяют тем или иным образом участники Большого пространства с центром, условно говоря, в России (если мы моделируем эту ситуацию).

5. Это влияние должно учитывать простой факт: страны бывшего СССР во многом уже СОСТОЯЛИСЬ как политические сообщества. В целом могла бы работать условно рамка продажи «стабильности» и «прагматизма» — в контексте повестки Грузии или помощи Казахстану в январе 2022. Но насколько эта альтернатива релевантна текущим обстоятельствам — большой вопрос. В любом случае, качественное влияние возможно только через признание субъектности и учёт этой субъектности.

6. Пашинян и Европа взаимно тактически используют друг друга. Для Пашиняна — это демонстрация образа будущего и единственного доступного «нероссийского» пакета цивилизационного выбора. Для Европы — это демонстративный жест в рамках противостояния с Россией.

7. Европейский Союз никогда не примет ни Армению, ни Грузию. По сути, «европейская альтернатива» для Армении — нереализуема. Более того, я убеждён, что Европейский Союз никогда не расширится за пределы географической Европы. Иначе мы выходим в конструкцию «европейцы по духу», что глобально переопределяет суть этого проекта. Ну и про институциональную усталость от расширения не забываем.

8. Концепция «реальной Армении», которую продвигает Пашинян, — может прозвучать парадоксально — но вполне соответствует общероссийскому подходу к региону и международной политике вообще. «Многовекторность», «ориентация на актуальное», «прагматизм» и так далее.

Напротив, проблема Карабаха была частью собственных «геополитических» проекций Армении. В пределе — это было бы сложно интегрировать.

9. При этом Азербайджан и Турция в любом случае не откажутся от попыток воздействовать на регион и будут тем или иным образом продавливать собственные интересы. Ключевой — получение контроля над Зангезурским коридором и формирование подконтрольной транспортной артерии на Южном Кавказе. Будь то предложенный Турцией «Срединный коридор» или названный в честь Трампа маршрут.

10. Происходит своего рода «одностороннее разоружение». С одной стороны, у нас «Реальная Армения» и сотрудничество. Но Азербайджан и Турция своих доктрин «реальности» не объявляли. Отказ Армении от ряда диаспоральных ценностей не означает отказа Азербайджана и Турции от экспансионистских проектов.

11. Маршрут сам по себе напрямую угрожает российским интересам, потому что создаёт обходной путь для товаропотока из Китая. Более того, возникает риск потери доступа к Ирану, а коридор «Север — Юг» отдаётся на откуп Азербайджану.

12. Соответственно, у Армении выборов не очень много: либо постепенно сдавать под стратегическим давлением экзистенциальных противников, которые вряд ли перестанут быть экзистенциальными даже после договора о примирении, — либо тем или иным образом находиться в орбите влияния России. Которая, кстати, может сыграть на «гарантии субъектности» в реализации той самой «реальной Армении».

Многовекторность работает, пока давление распределено между несколькими акторами. Но если вопрос дойдёт до «суверенного решения» по коридору — сложная система коалиций вряд ли поможет.