Параллельные России

Прямо сейчас оформляется имущественный ценз в плане «параллельных Россий». Да-да, у вашего покорного слуги непопулярный (возможно, слишком оптимистичный, у меня нет хрустального шара) вью по поводу сложившейся ситуации в плане мер по ограничению доступа россиян к «неблагонадёжным» ресурсам.

Инсайдов нет, но если исходить из хронологии событий, предпринятых действий, публичных заявлений и заявленных мер (типа пунитивной тарификации международного трафика), то получается примерно следующая версия:

1. Где-то наверху есть KPI («ключевые показатели эффективности») по уровню пенетрации в пользовательской среде «методов обхода» и объёму их использования.

Это не моя теория, это прямая формулировка министра Шадаева РБК: «Как добавил Максут Шадаев, министерству поставили задачу по снижению использования VPN».

Пруф — www.rbc.ru/technology_and_media/31/03/2026/69cae2c69a794725aba49e12

2. Предполагалось, что через «массовое продвижение» (закуп инфлюенсеров с переливом аудитории, интеграцию с государственными сервисами и другими мерами, которые были, вероятно, вычитаны в учебниках по «Поведенческой экономике») удастся довести пенетрацию «парковки» до нужного уровня, а пенетрацию и использование «методов обхода» снизить до нужного уровня.

3. KPI не удалось достигнуть.

4. Строго по схемам из тех же самых учебников «Поведенческой экономики» начали создавать «friction» («сложности в использовании») для всего нежелательного и одновременно «ломать эффект сети» (network effect), что в российском случае выразилось в идее «сломать социальные связи за несколько недель/месяцев» с прицелом на то, чтобы пересобрать эти же связи на новой платформе.

5. KPI не удалось достигнуть.

6. Теперь пытаются ввести именно финансовые ограничения так, чтобы friction cost («стоимость сложности использования») был не только по времени, но и по уровню удобства (для этого хотят заставлять постоянно выключать «методы обхода блокировок» при посещении важных российских сайтов/платформ, это реально из тех же учебников — каждые несколько лишних кликов имеют значение для достижения KPI) и, что ещё важнее, сделать использование методов обхода реально дорогим.

Экономическая теория в целом подсказывает, что где-то есть такой равновесный уровень «платежей за трафик вне РФ» в размере Икс рублей за ГБ, который позволит наконец-то реализовать KPI «наверху» (в плане «сколько % пользуются обходом» и «сколько % пользуются парковкой» каждый день) и при этом сохранить доступ части аудитории к международному интернету, особенно той его части, которая не является «тяжёлой» по трафику, т. е. условно скачать ISO свежего линукс-дистрибутива — можно, смотреть весь день «чего-нибудь такое» — нельзя или сравнительно накладно. Так сказать, между «параллельными Россиями» появится «платка», а стоимость доступа будет регулировать (один из аспектов) перехода (переезда) из одной параллельной реальности в другую.

Если властям хватит терпения и/или мудрости этот уровень «рублей за импортный гигабайт» найти, то на этом ситуация стабилизируется.

PS. Если прикидочные расчёты (я не проверял и не вникал), циркулирующие в соцсетях, верны, и сейчас рассматривается «~10 000 руб. в месяц за примерное пользование интернетом как раньше»… Ну-у-у, «на глаз», должно с запасом хватить для того, чтобы удовлетворить все KPI, если они хоть сколь-нибудь разумны.

Реестр государственных усилий по борьбе с интернетом:

▪️Уголовная ответственность за VPN. Введут с 1 апреля. Потом — нет, не введут. Потом — ну, не исключено. Потом депутат сказал «не планируется и даже не обсуждается». Потом министр сказал «не исключаю, но надеюсь, не дойдёт». Статус: квантовая мера — существует и не существует одновременно.

▪️Административные штрафы за использование VPN. Пока нет. Есть штраф за рекламу VPN (до 500 тыс. для юрлиц), за поиск экстремистских материалов через VPN (3–5 тыс. руб.), и — отдельный шедевр — за передачу логина и пароля третьим лицам. Теоретически – чтобы наказывать оболтуса за установку бабушке. Статус: штрафуем за разговоры о VPN, но не за сам VPN. Хотя…

▪️Платный порог в 15 ГБ международного трафика для мобильных пользователей. Должно заработать до 1 мая. Статус: очень вероятно, дата условная.

▪️Платформы из белого списка обязаны не пускать пользователей с VPN — иначе вылетят из белого списка. Уже не просьба, вроде как письменное требование. Статус: реально.

▪️Блокировка 469 VPN-сервисов Роскомнадзором. Уже случилось. Тихо, без объявлений. Статус: свершилось, никто особо не заметил, скачали другие.

▪️Запрет оплаты сервисов Apple с мобильного счёта. Действует с сегодняшнего дня. МТС и Билайн уже разослали инструкции «как теперь платить». Статус: это прямо сейчас.

▪️Запросы россиян на слово «VPN» в марте 2026 года достигли рекорда за 5 лет. Статус: единственный бесспорный результат всей кампании.

Всё это принято читать как историю про закручивание гаек🔧 Но мне кажется, там про другое. Это не эскалация. Это капитуляция, оформленная как инициатива.

Потому что, если бы технический инструмент работал, не нужно было бы просить операторов делать трафик платным. Не нужно было бы просить платформы самим проверять пользователей на входе. Всё это делается именно тогда, когда на уровне технологий задача не решается.

Мы это всё видели многократно. В ковид, когда вакцинацию не смогли организовать как государственную кампанию — её передали работодателям. Явка обеспечена, показатель достигнут, государство ни при чём. Раздражение граждан осело на HR-отделах, а не на ведомстве.

Примеров такой логики тьма и до и после ковида. В системе, где главное не решить задачу, а сохранить отношения с тем, кто задачу поставил, «передать поручение вниз» — это навык. Ты остаёшься инициативным, умеренным и незаменимым. Провал институализируется как «работа продолжается». Ответственность растворяется по цепочке туда, где живут реальные люди с реальным раздражением.

Система не наказывает за это. Система это воспроизводит. И попутно производит эффект, которого никто не планировал.

Буквально на днях вышло исследование бразильских учёных из Университета Сан-Паулу. Они обнаружили, что в реке Пиракикаба обычная речная рыбёшка ламбари в сезон засухи накапливает в тканях антибиотики. В засуху река мелеет, всё, что было растворено и рассеяно, концентрируется, и рыба, просто живя в своей среде, впитывает то, до чего в нормальных условиях никогда бы не добралась.

Вот мы — эта рыба и есть.

Школьники арендуют сервер, делятся доступом с учителями — и, что совсем хорошо, с офицером из службы по делам несовершеннолетних. Люди 70+ осваивают VPN быстрее, чем когда-то осваивали смартфон. Человек, который в нормальной жизни интересовался только рецептами и прогнозом погоды, идёт в свободную сеть за тиктоком — и там, совершенно неизбежно, встречает то, от чего его так старательно берегли. Реальные истории из жизни.

Блокировки — это засуха для рыбы. Они концентрируют среду. И те, кто никогда сам не пошёл бы искать «свободный интернет», теперь в нём живут просто потому, что другого не осталось.

Это не тяжелое «кафкианское государство», это наш привычный легкий и веселый Салтыков-Щедрин.