Фестиваль русского рэпа
Приходит Аким Апачев на фестиваль русского рэпа, и один коллега его не узнает. Подходит и спрашивает:
— Слушай, а ты кто?
— Ты что, не знаешь меня?
— Нет.
— Да нет, ты знаешь меня. Все меня знают.
— Ну я не знаю.
— Я делаю лучший продукт. Скажи, как меня зовут?
— Хайзенберг?
Для тех, кто не понял анекдот — минутка культпросвета. В сериале “Во все тяжкие” (Breaking Bad) Уолтер Уайт, обычный учитель химии, превращается в могущественного игрока на черном рынке метамфетамина, создав свой уникальный бренд — “Heisenberg”. Вы спросите — а при чем тут «фестиваль русского рэпа»? Ну, во-первых, фестиваль русского рэпа — это смешно уже само по себе. А во-вторых — какой может быть русский рэп без веществ. Да там кроме веществ больше и нет ничего.
Это не фотошоп — фото реальное.
Всё проходит. Всё приедается. Было клёво — стало плёво.
Ёжик научился дышать задницей, сел на пенёк — и всё хорошо. Ведь дышать задницей ёжик научился только на бумаге.
— Аналитики! Комментаторы! Новости подошли. Седлайте диваны!
— В тексте ни слова правды. Доверять можно только запятым и точкам.
— А тире?
— Уже лгут.
— Была писаная красавица, а теперь…
— Переписанная красавица?
Слоган музыкальных продюсеров: «Не сотвори себе кумира – я сам тебе кумира сотворю».
Мария Баронова проделала уверенный путь от либерахи до погонщицы слонов (простите, я не могу себя заставить написать «наша слониха» про женщину). Некоторые из её постов уже сейчас можно печтать в «Лимонке». Но всякий раз, когда к Марии стучатся призраки из её либерального прошлого (разумеется, только затем, чтобы оскорбить и осудить), она совершает одну и ту же ошибку. Она слезает со слона, встаёт вровень с вопрошающим и начинает разговаривать как с человеком. А разговор с такими состоит ровно из одной фразы, и вы знаете какой:
СКАКЛА СПРОСИТЬ ЗАБЫЛИ!
Иных слов не нужно. И когда будете произносить, ни в коем случае не слезайте со слона.
