О музыке и прогрессе
СРОЧНО ИТАР-ТАЗ Москва, 14 апреля. «Россия хорошая, а Запад её не понимает», — заявила в эксклюзивном интервью ИТАР-ТАЗ золовка Мирей Матье. Если серьёзно, то эта идиотская практика доставания каких-то внуков и дядь западных випов, и чтобы они говорили хорошее про Россию — это такое кринге, что скулы сводит.
Поэтому сегодня поговорим о музыке и прогрессе. Товарищ рассказывает:
Я учился в середине нулевых — когда уже произошла mp3 революция и звук уже повсеместно писался на цифру, но делалось это с оговорками и оправданиями. Мы были одним из последних выпусков, который ещё учили записывать на плёнку, резать ее бритвой и клеить клеем. В нашей студии стояло гибридное чудо-юдо: магнитофон Sony APR24, синхронизированный с Pro Tools. На катушку писали «самое важное», на цифровые дорожки «всякую хрень, которую не слышно».
Среди наших преподов ещё были адепты «Living stereo» — концепции, когда запись делается только на два или максимум три микрофона, которые просто надо правильно расставить в пространстве. Мир уверенно шёл в другую сторону: микрофонов должно быть сто, дорожек — двести, благо техника позволяет. На катушке максимум 24 дорожки, если синхронизировать два магнитофона (огромная тумба ценой как автомобиль и с мощностью движков как у мотоцикла) — то 48, а на цифре ограничений нет.
Необходимость студии как таковой тоже отпала: появились эмуляторы микрофонов, помещений, эмуляторы гитарных усилителей, эмуляторы любых звукообработок. Воткнул гитару напрямую в компьютер, сыграл, а дальше прямо на экране выбираешь: хочешь усилитель Marshall или Mesa Boogie, какими микрофонами его подзвучивать и в каком помещении.
Дальше — больше. Твою игру тоже можно редактировать. Сыграл криво — не беда, какой-нибудь Pro Tools Beat Detective разберет твою партию по одной ноте и положит её точно «по сеточке», удар в удар. Раньше для такого пришлось бы месяц резать плёнку, теперь это дело секунд. Слажал в вокале, не попал в ноту — тоже фигня, и это правится.
Понимаете, к чему я веду? К эпохе ИИ, когда музыку перестали писать и стали генерировать, мы пришли уже готовыми. Записи стали настолько стерильными, что замена человека на нейросеть прошла незаметно.
PS. Нейронка лажает там, где человек силён своей лажей. Она, например, очень не любит нестандартные ритмы, «кривые» размеры пытается «спрямить». Она умеет в чистый звук, грязный у нее звучит как жеванный картон — ни энергии, ни сока, ни кайфа. Она «не умеет передавать пространство» (что бы это ни значило).
Разумеется, кожанные любители технично перебирать пальцами не идиоты — они увидели в этом нишу для своего выживания. В трендах последнего десятилетия — возврат к «гаражному року» (Black Keys), к шугейзу (Slowdive), ко всем этим «кривым» музыкальным жанрам, которые плохо поддаются измерению электронным аршином. По сути — идет возврат к гогномузыке, к панк-року, выдаваемому за «новое откровение». Любое дерьмо на лопате — лишь бы не как правильно, не как нейронка делает.
О, вангую — мы еще услышим новую этнику на самодельных глиняных свистульках и атональный джазз. Нового-то эти дурни всё равно не придумают — выкопают старое и будут гальванизировать эти музыкальные трупы. Потому что иначе «где же я буду харчеваться» ™ очередной музыкальный Шариков.
А фрики, не умеющие играть — теперь дрочат на винил (или, на крайний случай, на CD — он и поменьше места занимает, и стоит подешевле). Причем эти идиоты всерьез считают, что на CD «аналоговый звук».
Мы, олды из скуфитерия, уже привыкли к удивительному трюку пяти мейджоров, которые владеют практически всем музыкальным контентом в мире: как только падают продажи флагманов музыкального бизнеса, потому что все уже купили все золотые альбомы и составили себе домашние коллекции – заставлять покупать все тот же альбом Pink Floyd в новом формате, и так по пять раз.
Вы будете смеяться, но Queen, Майкл Джексон, PF, Дилан и т. д. продолжают кормить эту еврейскую индустрию, принося ей миллиарды. Поэтому и менялись форматы под сладкий лепет про «прогресс». Главная задача – еще и еще раз продавать одно и то же. И продавали.
А теперь решили перепродавать старое окаменевшее гогно, уже ранее проданное. Запустить схему по второму кругу.
Якобы ужасающая (интересно, кого?) правда заключается в том, что, по явно заниженным данным, до 40% контента на стриминговых платформах типа Spotify – это чистый, беспримесный AI-slop, искусственная музыка. Выдуманные группы типа Aven, The Devil Inside, The Smoothies и Velvet Funk собирают миллионные прослушивания — и деньги.
Обычный пользователь, если ему специально не указать, что все это – продукт ИИ, даже и не отличит от обычного, монотонного и примитивного, звука, который давно уже окружает человека каждый день.
Есть такое выражение – «музыка для лифтов». Ее писали живые люди, когда еще не было ИИ. И, надо сказать, никакой разницы. Тот же ИИ-Velvet Funk – ну, просто среднестатистическая американская группа, которых тысячи. Но продукт ИИ настолько отполирован, что пипл это хавает как некий высокий стандарт жанра.
А это и есть высокий стандарт. Он уже сейчас такой высоты, что из «перебирателей пальцами» так почти никто уже не может сделать. А дальше будет выше. И что делать кожанным, которые всю жизнь тренировали пальцы — и не умеют в нейросети?
Поэтому-то молодой слушатель начал чураться всех этих спотифаев. Тем более что он открыл (да ничего он не открыл — это ему открыли и впарили как открытие) потрясающие вещи – оказывается, раньше можно было музыку брать в руки, открывать конверты или коробки, ставить на проигрыватель или плейер, хранить на полке. Собирать не придурошный плейлист, а собственную коллекцию любимых альбомов, которую у тебя не отберет никакой Apple из-за неуплаты.
И вот теперь тупые кожанные музикаторы надеются, что никому в голову не придет издавать AI-slop на физическом носителе. «Оно все останется на Spotify, будь он неладен вместе с серверами». Да хрен вы угадали. Весь этот дроч на «физические носители» придуман той же бандой пяти старых мейджоров звукозаписи — которых стала теснить ИИ-генерация, и теснить она их стала совсем не там, где все думают — а в области авторских прав.
Хорошо было бесконечно продавать копии Pink Floyd «Dark side of the Moon» — и считать барыши. Но вполне просматривается на горизонте момент, когда ИИ сгенерят альбомчик, который на вкус ширнармасс будет не хуже этого самого PF — в таком же стиле, но даже еще лучше. И что тогда делать? Как продавать старое?
Отсюда беготня мейджоров «запретить нейросети», с одной стороны — и лихорадочный перезапуск физических форматов, чтобы начать продавать не песню, а НОСИТЕЛЬ.
Ну а музыканты, которые этому радуются — просто «полезные идиоты». Они-то думают, что мейджоры снова их возьмут на работу — да хрен они угадали. Скрипач не нужен.
