Свидетельство нашего могущества

У нас, ув. друзья, это мало освещается — но одной из горячих тем в США сейчас работает «скандал вокруг автоподписи». Суть в том, что перед самой сдачей своих полномочий экс-президент Байден смягчил в разной степени приговоры 4 000 осуждённым преступникам (это в дополнение к списку тех, кого он «превентивно помиловал», включая собственного непутёвого мини-Байдена).

Но проблема в том, что сам Байден, очевидно, был не в курсе, что он вообще это делает: за него расписалось autopen, автоматическое факсимиле.

Список помилованно-смягчённых не был утверждён Минюстом. А кем он был составлен, утверждён и принесён на подпись роботу, вообще непонятно.

В общем, сейчас там идёт дикий батл вокруг вопроса о том, нужно это печальное событие расследовать или нет. Демократы вопят, что это республиканские происки и попытки свести счёты, а республиканцы — что страной четыре года правили какие-то анонимы.

…Самое смешное, что это не первый случай. Сто лет назад, в 1919-м, президента Вильсона разбил удар, после чего он на оставшиеся два года засел в инвалидную коляску и не шевелился, а за него всё решала мадам Вильсон в роли пчеломатки и её личная свита. К президенту не пускали даже его вице-президента, но тот был трус и не бунтовал. А ведь страна в это время на минуточку воевала.

Спустя годы, казалось бы, данный вопрос был решён: в 1967 году была принята 25-я поправка, согласно которой если президент не в состоянии, то нужно делать 1,2,3.

Но современность доказала, что нет таких инструкций, которые нельзя повертеть на нефритовом стержне, было бы желание: свита Байдена попросту не допустила к Байдену за всю его каденцию никого, кто мог бы зафиксировать его овощное состояние.

Эта история напоминает нам, ув. друзья, что не бывает совершенных институтов, защищённых от взлома программ и неподстебаемых инструкций. Человечество может запороть всё.

В известном смысле это свидетельство нашего могущества.