Юра-музыкант и его КСП

Сергей Гурьев в журнале «Столица», 11(34) от 19 июня 1998 писал: Вот уже около полутора десятилетий в среде отечественных рок-экспертов не утихает спор: можно ли считать песни Юрия Шевчука рок-н-роллом.

Ядовитые шевчукофобы не без основания утверждают, что в мелодическом смысле это своеобразная смесь КСП с примитивным блатняком. Ценители ДДТ в качестве контраргумента обычно выдвигают следующий тезис: тембр голоса и манера самоотдачи достопочтенного Юрия Юлиановича носят сугубо рок-н-ролльный характер. А если к этим пирогам еще и подобрать сносные аранжировки…

Но вот здесь-то, похоже, собака и зарыта. Ибо маятник «рок-н-ролльности» ДДТ на всем протяжении истории ансамбля размеренно качался то в ту, то в другую сторону — в зависимости от прихода или ухода героев-аранжировщиков. На их плечи ложилась тяжелейшая задача: преподносить народу хорошего поющего поэта-песенника как настоящего рок-певца.

Забегая вперед, заметим, что дебютировавший на программе «Мир Номер Ноль» клавишник-аранжировщик Константин Шумайлов совершил чудо и качнул маятник в почти невозможную для Шевчука & Ко область музыкальных удач. Но для начала совершим краткий экскурс в прошлое.

Лучше всего неблагодарную функцию эстетизатора шевчуковских песен выполнял клавишник первого, уфимского состава ДДТ Вова Сигачев, нынче, к сожалению, пропавший без вести (по слухам, он убит то ли за долги, то ли за клептоманские выходки). Его задача упрощалась тем, что Шевчук 17 лет назад пришел в его группу простым вокалистом и вынужден был считаться с царившими в ансамбле рок-порядками: на прослушивании, к примеру, ему даже пришлось орать стандарты Deep Purple. И только после этого он был принят в группу.

Кроме того, Сигачев обладал искрометным чувством юмора и бесшабашной энергией, что удачно уравновешивало миссионерский пафос Шевчука.

После распада гонимого КГБ уфимского состава ДДТ Шевчук перебрался в Ленинград, а Сигачев, как назло, женился на москвичке. Шевчука же засосала атмосфера ленинградского рок-клуба, где все норовили высказаться, но играли достаточно неважно. Он долгое время маялся между вынужденно гаражным звуком и ресторанной эстетикой а-ля «Последняя осень», пока у него в группе на бас-гитаре не появился огромный, как лев, лидер легендарного «Черного Обелиска» Анатолий Крупнов.

Могучий, горячий и искренний Толик легко и непринужденно прорисовал яркий и драйвовый контур архитектоники «дэдэтешных» хитов, моментально сняв наметившееся противоречие между андерграундной грязью и сопливой попсой. Но, к сожалению, авторитарность Шевчука, жаждавшего эксклюзива, отпугнула вольнолюбивого Крупнова, и он плавно отошел в ряды сукачевских «Неприкасаемых», где участие в посторонних проектах не возбранялось.

Знай Толик, сколько лет ему отпущено судьбой, и он, быть может, постарался бы записать хоть один альбом с последней легендой номинального русского рока, способной собирать стадионы не хуже Филиппа Киркорова.

Впрочем, эффектные аранжировки Крупнова во многом были сохранены и увидели свет на альбоме ДДТ 1995 года «Это все», одном из самых удачных за всю историю проекта. Увы, следующий, и куда более нашумевший альбом «Любовь» создавался уже в полном аранжировочном вакууме и заслуженно не состоялся — несмотря на запись в помпезной американской студии LongViewFarm, штат Массачусеттс.

И вот, на новой концептуальной программе Шевчука & Ко «Мир Номер Ноль» в составе группы появляется Шумайлов, которому вновь удается приблизить к музыке песни ансамбля.

Шумайлов — абсолютно нехарактерная и неожиданная для ДДТ фигура. После того как Шевчук в конце 1986-го обосновался в Ленинграде и стал формировать питерский состав группы, основу кадров составили, главным образом, музыканты, воспитанные либо на классических рок-н-ролльных стандартах, либо на эстетике 70-х годов. Неудивительно, что, когда революционный угар спал и антилюберецкие сатиры Шевчука перестали вызывать всеобщий восторг, рок-меломанов в музыке ДДТ все больше стали напрягать примитивность, помпезность и старомодность.

Шумайлов здесь однозначно оказался человеком новой генерации. Он впервые получил известность в конце 80-х как клавишник блестящего одесского трио «Кошк Ин Дом», игравшего холеный и эстетский арт-нью-вэйв на стихи Иосифа Бродского. Позднее, когда у Борзыкина разбежался по более кассовым группам золотой состав «Телевизора», Шумайлов очень много сделал для того, чтобы этот проект, всегда славившийся своим модным и эффектным саундом, продолжал держаться на плаву.

И вот, наконец, сенсация: утонченный, грациозный и независимый Костя Шумайлов (подпольная кличка — «Кот») вливается в простой и доверчивый состав ДДТ.

Концертный тур программы «Мир Номер Ноль» стартовал 1 мая и успел прокатиться по городам Украины, а также дал два мощных залпа в Петербурге. Сейчас мы можем судить о плодах альянса Шевчука с Шумайловым лишь по отзывам региональных корреспондентов и фрагментарным съемкам отдельных концертов тура, оперативно размещенных «Театром ДДТ» на различных каналах российского телевидения. Окончательные выводы делать, наверное, преждевременно, но бесспорно одно: появление Кота в ДДТ — одна из главных художественных интриг «Мира Номер Ноль».

Впрочем, ДДТ всегда славились не музыкальными инновациями, а текстами Шевчука и нюансами его идейной концепции. Юрий Юлианович любит с гордостью подчеркивать, что его группа — единственная в России, которая последовательно готовит одну за другой большие концептуальные программы, объединенные общей сквозной идеей.

«Мир Номер Ноль» — четвертая такая программа, ей предшествовали: «Черный пес Петербург» (1992), «Это все» (1994) и «От и до» (1996) — последняя из них и вылилась в американскую «Любовь».

Песни каждой программы Шевчук писал, уединяясь в деревенской глуши и нередко прибегая к услугам своего заветного сундука, забитого бесчисленными стихами, написанными в молодые годы. Но для программы «Мир Номер Ноль» он написал аж 18 как бы новых песен.

Состав ДДТ очередного созыва, собранный для «Мира Номер Ноль», выглядит достаточно непривычно. Помимо Шумайлова в группе появился еще один новобранец — бас-гитарист Павел Борисов, пришедший в ансамбль из мира джаза. Предыдущий «маэстро четырех струн» Игорь Тихомиров (экс-«Кино») сейчас на сцену не выходит и заведует «звуковыми экспериментами».

Впервые за всю историю питерского состава ДДТ в его рядах нет ритм-гитариста Андрея Васильева — он временно покинул группу «в связи с творческими разногласиями». По-прежнему в строю Вадик Курылев (гитара) и Игорь Доценко (ударные).

Имеют место и небольшие «ривайвлы»: восстали из пепла удаленные в свое время из группы «Дядя Миша» Чернов (саксофон) и Никита Зайцев (скрипка).

Так что же такое все-таки ДДТ сегодня? Ансамбль сейчас имеет странный статус: с одной стороны, критики чуть ли не единодушно признают его «группой номер один в России», с другой — всерьез к нему не относятся, почитая за тяжелое, но живучее наследие горбачевской перестройки.

Мощь и монструозность, принципиальность и упертость, искренность и кургузость. Да и можно ли считать Шевчука искренним человеком? В разборках со своей совестью — безусловно, а в призывах к всеобщей любви — трудно сказать. Во всяком случае, никто из ближайшего окружения Шевчука особого человеколюбия за ним, кажется, не замечает.

Говорят, Шевчук давно погряз в среде питерских бандитов. Что ж, известно, что настоящие бандиты не выносят дешевой ерунды, а Юрий Юлианович всегда подчеркнуто уходил от нее на другой полюс жизни. Шевчук знает, что находится по ту сторону добра и зла, и его «Мир Номер Ноль» — это некая мнимая (?) тоска по стороне, где нет ни добра, ни зла, ни ответственности. Зато ерунды, типа кисельных берегов, хватает.

Но Шевчук, как и бандиты, человек серьезный. К тому же, он — человек титанической трудоспособности и внутренней энергии. И даже если он врет своим фанам, то делает это настолько убедительно, что удовлетворяет их ненасытную потребность в глобальной правде посреди океана всемирной лжи.

Пытаясь окончательно вернуться в «истинный рок-н-ролл» из мира приблатненно-трехаккордных попевок, Юрий Юлианович отнюдь не хочет вернуть себе расположение интеллигенции или рок-критики. Он хочет доказать самому себе, что он может, что он — настоящий.

Беда в том, что настоящее в рок-н-ролле не так конкретно и осязаемо, как образность Шевчука, оно скорее угадывается, чем называется своим именем. И точки над i там либо не ставятся, либо носят суицидальный характер — такова, как правило, экстремально-рок-н-ролльная форма сведения счетов с Миром Номер Раз. Шевчук же эти точки ставит в виде кряжистых вех и вердиктов. Он жесток и материален, он — неотъемлемая часть Мира Номер Раз. И нельзя сказать, чтобы ему было так уж неуютно в нем.

Попытка загнать чуть ли не все песни программы в вышеописанную концепцию вызвала у самого Шевчука автокомментарий: «Это очень сложно — как симфоническую музыку писать». Неужели пробовал?

И, тем не менее, на рок-н-ролл в этой программе ДДТ явно стали похожи больше, чем обычно. Впрочем, на большее надеяться, наверное, было нельзя. Так что спасибо тем, кто сделал все возможное и невозможное, чтобы эта этапная работа по-своему состоялась.


Что-то в этой статье Шевчука напрягло так, что он несколько лет собирался стреляться с Гурьевым на пистолетах.

История о том, как поссорились известный музыкальный критик и знаменитый исполнитель — в принципе не нова. Мы знаем много подобных историй. Редакция «Искры» вызывала на дуэль писателя Алексея Писемского, Мариетта Шагинян — поэта Ходасевича.

Сергей Есенин и Борис Пастернак по простому били друг другу светлые лица (сразу приходят на ум строки Валентина Катаева об одной из таких кулачных дуэлей: «Королевич (Есенин) совсем по-деревенски одной рукой держал интеллигентного мулата (Пастернака) за грудки, а другой пытался дать ему в ухо, в то время как мулат — по ходячему выражению тех лет, похожий одновременно и на араба, и на его лошадь, — с пылающим лицом, в развевающемся пиджаке с оторванными пуговицами с интеллигентной неумелостью ловчился ткнуть королевича кулаком в скулу, что ему никак не удавалось».

Да, много было разного, Волошин с Гумилевым на дуэли делили расположение одной дамы, Мандельштам с Бородиным дрались из-за какого-то долга, но вот дуэль музкритика с музыкантом это уже новое слово в культурной жизни обеих столиц.

Увы, она так и не состоялась.

Кстати, в фильме «Брат 2» Юрий Шевчук отказался участвовать, охарактеризовав его впоследствии как «чудовищное, ужасное, отвратительное националистическое культовое кино».

А теперь в интернете про него пишут такими вот заголовками: «Драка с Киркоровым, критика СВО, инфаркт: куда пропал Юрий Шевчук». Советский районный суд Уфы признал Шевчука виновным в публичной дискредитации российской армии.

В России коллектив ДДТ выступать больше не планирует. Так, согласно расписанию, «ДДТ» выступит 12 февраля в Ташкенте (Узбекистан), 15 февраля — в Караганде (Казахстан), 18 февраля — в Астане (Казахстан), 21 февраля — в Семее (Казахстан), 1 июня — в Тель-Авиве (Израиль).

Это всё, что останется после него.

Материал: https://humus.livejournal.com/9531653.html
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Proper на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@newru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

You may also like...

Подписаться
Уведомить о
15 Комментарий
Старые
Новые
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии